Королевская кровь 10. Стальные небеса

Никто за это время не успеет вывести больных и обитателей замка, даже если люди Леймина и мои гвардейцы встретят врагов изнутри огнем.

— Марина Михайловна, безопасно, двигайтесь, — приказал мне Осокин, и я с трясущимися руками, в ужасе оттого, что сейчас, скорее всего, убьют и доктора Лео, и санитарок, и верного Ирвинса, и всех, кого не успеют вывести, вновь послушно пошла за капитаном, оглядываясь и пытаясь найти взглядом огнедуха. Но он пропал — на лугу лежало около пятнадцати обугленных раньяров, и, видимо, Искра исчерпал себя и развеялся.

Раздался взрыв у входа в Вейн. Панически — я даже отсюда услышала — завизжали женщины внутри. Я оглянулась, увидела развороченные двери, дым, в отчаянии сжала кулаки.

— Андрей, подождите.

— Нет, моя госпожа, — сквозь зубы проговорил он, хватая меня за руку, — вперед.

"Мне нельзя, — думалось мне лихорадочно, — нельзя возвращаться, он прав. Помни о детях".

Распахнулось окно лазарета на втором этаже, и из него выпрыгнул человек с красными волосами, потом еще один — и в воздух взмыли два белоснежных дракона. А за ними — еще четыре.

Мы наконец-то вернулись в лес. Но и отсюда был виден жестокий воздушный бой: драконы под звуки выстрелов — стреляли иномиряне по ним, стреляли защитники замка по окружающим врагам — хватали стрекоз, отрывали им головы, сбивали как гигантские тараны. А раньяры, словно не ведая страха, бросались на них под крики всадников, догоняли, вгрызались в крылья, в лапы, вырывая куски мяса, повисая, как огромные прищепки. Каждая стрекоза была втрое меньше драконьего крыла, метров пять-семь в длину, но они нападали стаей — и вот уже один из крылатых защитников замка рухнул на землю, извернулся, перекатился через спину, давя вцепившихся инсектоидов и оглушительно ревя. Врезался боком в разрушенную башню — на него посыпались осколки, а он все бил хвостом с кровоточащими ранами, крыльями, пытаясь сбить вгрызшихся тварей. На помощь рванул еще один дракон, начал пастью срывать раньяров — и ему в шею вцепилась стрекоза, вырвала кусок, налетела еще одна и еще — и потекла по белоснежной коже красная кровь.

Отрывки выхваченного на бегу, того, что успевала заметить, когда оглядывалась, выглядели кошмаром наяву. Меня замутило, затрясло.

— Да они же погибнут, — крикнула я в отчаянии, упираясь. — Все, кто в замке — погибнут. Стойте, Андрей, — я вырвала у капитана руку, задыхаясь.

— Вы с ними хотите умереть? — рыкнул он в ответ. — Вернов, бери ее светлость на руки.

— Я хочу им помочь, — почти завизжала я, брыкаясь в руках второго гвардейца. Он нес меня осторожно, на бегу подхватывая удобнее, дышал ровно, но виски уже были мокрыми от пота. Позади раздавался рев, гул, грохот орудий, крики, и я заплакала от бессилия.

— Боги, капитан, дайте мне две минуты.