Королева-ведьм на Хэллоуин

Должна ли я отдать его ему? Будет ли что-то иметь значение после этого? — Над головой сверкнула молния. — Сферы снова размыты. Они треснут под давлением?

Остальным стало не по себе, даже Дораде.

Мари откашлялась.

— Эй, Никс, ты в порядке?

— Нет, и никто не будет. — Она резко встала и сказала Мари: — Жребий брошен. Уже слишком поздно что-то менять. В зависимости от того, что произойдёт сегодня, Ллор сотрясётся. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, потому что я впервые не знаю.

Мари сглотнула.

— Звучит не очень-то обнадеживающе. Я думала, ты всё ещё будешь для меня как бы ограждением.

Дорада ухмыльнулась.

— Похоже, ты вот-вот сорвёшься с обрыва и утащишь нас всех за собой.

Никс не стала отрицать.

— В этом и заключается суть формирования судьбы, юная ведьма. — Она наступила босой ногой в лужу; снова сверкнула молния, и вода брызнула Никс в лицо. — Иногда она сопротивляется. — Летучая мышь не рассмеялась, когда капли потекли по её щекам, как слёзы.

Глава 1

Сладость или гадость

4 мешочка боевой магии

1 мешочек портальной магии

1 термос чая с тыквой и специями

1 яблочный маффин

Прочные ботинки

Необычайное мужество

Замок Воронова Мрака, Дебри Канады

— Ты, — пробормотала Поппи Дайер, когда к ней приблизился демон, освещённый вспышками молний. Рёк Курс, её заклятый враг. Наёмник, о котором она слишком часто думала."

"Что он делал в этом замке? И как ей избавиться от него до восхода луны?

Он прищурил свои дымчато-голубые глаза, их цвет ярко выделялся на фоне загорелой кожи.

— Ты.

Когда он поднялся по ступеням замка, чтобы присоединиться к ней у входа, она не сдвинулась с места, но её взгляд невольно скользнул по его точёным чертам — широкой челюсти, крепкому подбородку и орлиному носу. Она на мгновение растерялась, встретив его взгляд, прежде посмотреть выше. Его густые чёрные волосы были достаточно длинными, чтобы их можно было завязать в хвост, но сегодня он распустил их, чтобы они закрывали большую часть его серебристых рогов. На протяжении многих лет она видела, как они полыхали от агрессии — и однажды от страсти. Его наплевательское отношение соответствовало внешнему виду. Потрёпанная тёмно-синяя футболка подчёркивала его мускулистую грудь и руки, а поношенные джинсы облегали узкие бёдра. Ботинки и меч, висящий на поясе, дополняли образ.

Однако он выглядел уставшим, будто только что встал с постели после последнего завоевания. Скорее всего.

Найдя в себе силы, она сказала:

— Я бы хотела сказать, что было приятно, но с тобой никогда не бывает приятно.

Она гордилась тем, как спокойно звучал её голос, когда между ними, словно бурлящее зелье, закипала нежелательная химия.