Королева в ожидании

 – Как я решил – так и должно быть!

– Ваше Высочество, – ответили ему, – мужчина, у которого есть в глазах Бога одна жена, до ее смерти не может иметь другую. Это закон церкви и государства.

– Я установлю свой собственный закон! – кричал он. Но в глубине души знал: министры не разрешат Магдалине стать его женой, и он останется с ненавистной супругой… пока смерть не разлучит их.

Он сердился, но не так сильно, как мадам Рёхлиц. Его любовница была рядом с ним, хотя он и не мог сделать ее женой. Что же касается мадам Рёхлиц… Под угрозой оказался ее прибыльный бизнес, который она создала, продавая почести тем, кто мог хорошо за них заплатить.

Она закрылась в апартаментах и никого не хотела видеть… даже Магдалину.

«Пока смерть не разлучит их», – без конца повторяла она и, казалось, находила в этой фразе небольшое успокоение.

* * *Каролина почувствовала, что кто-то стоит возле ее кровати.

– Просыпайтесь, мать послала за вами.

Каролина быстро вскочила. В спальне было темно, при свете свечи на стене покачивалась длинная тень няни.

– Что случилось? – спросила девочка, у нее зуб на зуб не попадал – она вдруг осознала, что стряслась беда.

– Ваша мать заболела и послала за вами.

– Как… заболела?

– Не надо задавать вопросов, она ждет.

В спешке натягивая платье, Каролина подумала: «Мама умирает. Она хочет сказать мне, что я должна делать, когда останусь одна».

Девочку охватило отчаяние; она редко бывала так напугана, как сейчас. Каролина чувствовала себя такой одинокой при этом чужом дворе, у нее здесь не было ни одного друга. Из-за того, что она дочь женщины, которую ненавидит курфюрст, она здесь никому не нужна.

– Поторопитесь.

– Я готова, – сказала Каролина.

Ее привели в спальню матери. Элеонора лежала в постели, пожелтевшая, с остекленевшими глазами, и выглядела совершенно измученной.

– Дитя мое… – начала она, когда Каролина подбежала к кровати, упала на колени и взяла руку матери.

– Мама, что случилось, вы больны?

– Дочь моя, я очень больна. По-моему, я умираю.

– Нет… Нет… Вы не должны умереть…

– Мне нет места в этом мире, дитя мое. Жизнь была не очень добра ко мне. Надеюсь, к тебе она будет добрее.

Каролина судорожно вцепилась в простыню, подумала: «Я не позволю людям так обращаться со мной, как они обращались с вами! Но как предотвратить такое отношение к себе? Должен же быть способ». В этом девочка не сомневалась и собиралась найти его.

– Мама, вы не должны умирать.

– Если эта попытка не удастся, будет другая.

– Попытка… Не удастся…

– У меня бред, дитя мое.

Конечно, мама сказала неправду. Она не бредит. Почему они относятся к ней, как к ребенку? Правда, ей только девять, но год жизни при саксонском дворе научил ее тому, что многие дети не знают в десять лет.