Королева в ожидании

Каролина с тяжелым чувством наблюдала, как отец и сын смотрят друг на друга. Принц поклонился, король кивнул и быстро повернулся к кровати.

– Его Величество желает видеть мальчика, – сказала Каролина и сделала знак фрейлине принести ребенка.

Вошла няня и встала возле Георга, держа ребенка на руках. Король посмотрел на крохотное личико и хмыкнул.

– Принц и я решили назвать его Людвигом, – продолжала Каролина, ожидая увидеть на угрюмом старом лице что-то похожее на удовольствие.

Но – ничего подобного! Она увидела только грозно сжатые губы.

Решив, что король сжал губы, не желая показать, как он польщен, Каролина поспешно добавила:

– А в качестве крестных отца и матери мы выбрали королеву Пруссии и герцога Оснабрюкского и Йоркского.

Король с минуту помолчал, потом буркнул:

– Я назову его Георг Вильгельм и дам вам знать, кто будет его крестными.

После этих слов он быстро кивнул Каролине и, не взглянув на сына, покинул апартаменты принцессы.

* * *Принц пришел в ярость. В присутствии своих придворных, няни и нескольких фрейлин он сорвал парик и пинал его, бегая перед кроватью.

– Старый негодяй! Чей это сын? Мой или его? Клянусь, и назову его Людвигом! А крестными будут те, кого я…

Каролина кивком приказала Генриетте Говард поднять пари к и подать его принцу.

Генриетта повиновалась. Принц, не сказав «спасибо», схватил парик и нахлобучил на голову. Побагровевшее от злости лицо казалось почти клоунским под косо сидевшим париком. Каролина заметила, что Молли Липл и Софи Хоув с огромным трудом пытаются подавить смех.

– Вы можете оставить нас, – сказала Каролина всем присутствовавшим.

И когда они остались одни, она взялась за труднейшую задачу убедить принца подчиниться желанию отца, ибо король в состоянии заставить их покориться. Им придется быть терпеливыми, помня, что не всегда будет так.

Во время крестин Каролина лежала в постели. Она сердилась, ее мучили дурные предчувствия. Король проявил свою враждебность, не только заставив их дать имя сыну по его выбору, но и назначив крестным отцом герцога Ньюкастлского. Хотя Георг, как, впрочем, и весь двор, знал, что герцог – заклятый враг принца и принцессы Уэльских.

Каролина замирала от ужаса, представив, что Георг Август не сможет сдержать гнев. Если он на публике оскорбит короля, последствия могут быть катастрофическими. Она не рискнула предупредить его, опасаясь заронить в него эту идею, а его хваленое бесстрашие вполне могло толкнуть его на безрассудный поступок.

Когда Ньюкастл пришел в апартаменты, Каролина увидела, что принц повернулся к нему спиной. Ньюкастл был исключительно безобразным человеком, и по его поведению она догадалась, что он знает: принцу ненавистно его присутствие, и радуется, дразня его.