Королева в ожидании

Он терпеть не мог любые намеки на спою смерть. Одна из причин, почему он так страстно не любил сына, заключалась в том, что того постоянно называли следующим королем – титул, который Георг Август мог получить только после смерти отца.

– У него есть обязанности в Ганновере.

Мать взяла верх над дипломатом в душе Каролины, и она воскликнула:

– Какие обязанности могут быть у девятилетнего мальчика? Жестоко держать его вдали от матери!

– Вы истеричны.

– Нет, я не истерична, – в этом ее не могли бы обвинить и злейшие враги. Это было незаслуженно. Она нормальная мать, которая не может согласиться с ненормальной разлукой. – Как любая мать, я хочу быть рядом с сыном.

– Вы принцесса и знаете, что у Фридриха есть свои обязанности.

– И по-вашему, он так и будет расти там… вдали от семьи?

– За ним смотрят, и у него есть обязанности.

– Вы непоколебимы.

Георг не скрывал, что ему надоело с ней пререкаться. – Вы должны выслушать меня.

Тут не о чем больше говорить, – он смотрел поверх ее головы.

Природный румянец скрывал небольшие пятна, оставленные оспой, золотисто-русые волосы, просто причесанные, локонами опускались на плечи. Привлекательная женщина с великолепным бюстом, подчеркнутым узкой талией и пышными бедрами. У нее была именно такая фигура, какая вызывала у Георга восхищение. Да, если бы она не была его снохой… Но она была, поэтому нет смысла ввязываться в историю, да и она не будет себя компрометировать.

«В темноте все женщины одинаковы», – подумал Георг и зевнул.

– Нет, мне еще очень многое надо сказать, – воскликнула в ответ Каролина. – Я хочу, чтобы мой сын соединился со своей семьей. Ведь это мой сын.

– А мой внук, и у него есть обязанности.

– Прошу вас…

– Вы напрасно тратите время.

– Неужели у вас нет сердца… нет чувств?

– Нет.

– Неужели вы не можете понять родительских чувств к ребенку…

Он еще раз зевнул, на этот раз намеренно. Он прекрасно понимал чувство, которое испытывал к сыну. Он презирал этого парня. Порой он мог бы ненавидеть его, если был бы более горячим человеком.

– Фридрих останется в Ганновере, – повторил Георг.

– Вижу, что бесполезно упрашивать вас, – вспыхнула она, и хладнокровие на мгновение покинуло ее. Она не могла сдержаться. Она вспомнила, как родился Фрицхен и как счастлива она была, какие планы строила насчет его будущего. Даже когда это чудовище приказало оставить мальчика в Ганновере, она по-настоящему не верила, что разлука продлится больше двух-трех месяцев.

– Он должен учиться управлять государством, – сказал Георг.

– Как управляете вы? – воскликнула она. – Вы не управляете. Управляют ваши немецкие друзья… Берншторф, Ботмер и Робетон, а им помогают Тауншенд, Уолпол и Стенхоп. Эти люди правят Англией, и вы с удовольствием позволяете им это делать.