Королева дождя

— Ты обманула смерть! Ты одна заставила ее убраться прочь из моей хижины! Мой ребенок жив!

Присутствующих охватило радостное волнение. Анна пыталась объяснить им, что простые медицинские приемы, которыми она воспользовалась, спасли ребенку жизнь, но ее никто не слушал. Новость о чуде облетела хутор. Барабанщик занялся своим делом: его проворные руки отбили дробь сообщения, затем замерли на натянутой воловьей коже, пока он слушал ответ вдалеке — еле слышный стук, долетевший до его ушей. История отправилась дальше в буш.

К тому времени, когда Анна покончила со скромным завтраком — мутным чаем, налитым в высушенную маленькую тыкву, и несколькими бананами, — у хижины уже собралась большая толпа доброжелателей. Они были решительно настроены идти в Лангали вместе с белой медсестрой. Анна не могла остановить их. Они выстроились гуськом у нее за спиной, как только она отправилась в путь, превратив ее возвращение в триумфальное шествие.

Раннее утро было прекрасным. Нетерпеливое солнце уже выглядывало из-за верхушек деревьев, омывая землю золотым светом, словно одаривая ее. Хотя из-за бессонной ночи у Анны все плыло перед глазами, она быстро шла по лесной тропе, черпая силы в восторге от совершенного ночью.

Ее сумку нес старик. Другие члены семьи сгибались под грузом подарков — кудахчущих кур со связанными ногами, раскрашенных тыкв, початков сахарной кукурузы и глиняных горшков. Отец ребенка, который еще недавно не мог ни говорить, ни двигаться от горя, теперь пел и плясал. Он весело потрясал копьем — тем самым копьем, которым пробил окно в хижине, ставшее вечным напоминанием о той ночи, когда его ребенок был спасен. Радость охватила всех, ей невозможно было не поддаться. Анна улыбалась. Она ела кусочки папайи, которые ей совали в руки. Она наклонялась, чтобы дети могли коснуться ее волос и убедиться, что они настоящие. Все останавливались, лишь когда Анна снова и снова осматривала малыша, плывущего впереди процессии на руках горделиво выступающей матери. Он чувствовал себя хорошо, но Анна все равно переживала. Она радовалась, что теперь, когда самочувствие ребенка скорее улучшалось, чем ухудшалось, его отец согласился отнести его в больницу. Но только если Анна станет за ним ухаживать.

Когда впереди показалась станция Лангали, Анна замедлила шаг. Побеленные здания производили солидное и благонравное впечатление, словно их совершенно не трогало волнение приближающейся к ним группы людей. Жизнь на территории больницы, похоже, текла без изменений. Уборщики убирали. Амбулаторные больные терпеливо ждали. Медсестры усердно ухаживали за пациентами. Анна заметила Сару и Майкла — они стояли возле «лендровера». Под ложечкой у нее засосало от недоброго предчувствия.