Королева блогосферы

Я чуть не сказала, что для беременной женщины это нормально, но вовремя спохватилась и захлопнула рот. Господи, как же трудно мне держать свое состояние в тайне. Может быть, Машка именно тот человек, с которым стоит поделиться? Нет. Нельзя. Сначала мне нужно разобраться со своей семьей, потом с начальством, а потом уже с подругой.

– Ладно, бог с ним, с утешением, – мрачно сказала я. – Хотя я тоже не железная и Сашкины неприятности воспринимаю ближе к сердцу, чем свои. Ты мне лучше скажи, что с этим всем делать?

– Долги погасить. Это раз, – энергично сказала Машка. – Активно сотрудничать со следствием. Это два. Суммы, надо признать, не те, чтобы серьезно о чем-то тревожиться. Ну, и выяснить, откуда все-таки ветер дует. Ты права, не могли фискалы заинтересоваться доходами твоей Александры. И размер не тот, и налоговый период. Так что кто-то за этим точно стоит. И если ты считаешь, что Миронов, значит, надо с ним встречаться и разговаривать. Пусть скажет, что он хочет за то, чтобы от Александры отстали. Не желаешь сама, попроси Таганцева.

– Его неприятности тоже с Мироновым связаны. Не забыла? – напомнила я. – Виталий Костю подставил еще круче, чем меня.

– Костя не такой нежный, – припечатала Машка. – А потому сможет наступить на горло собственной песне и поговорить с этим… чудаком. Лена, от того, что ты сидишь и страдаешь, проблема не рассосется сама собой. Это как беременность.

– Что?

Мне показалось, что я ослышалась.

– Я говорю, что проблемы с налогами, как и беременность, никуда не исчезнут. А что ты так всполошилась? Боишься, что Сашка с Фомой тебя бабушкой сделают?

Нет, можно выдыхать. Машка брякнула это просто для красного словца, а не потому, что моя тайна раскрыта. Я перевела дыхание и незаметно вытерла ставшие влажными ладони о юбку.

– И вообще, ты попросила совета, я тебе его даю. От разговора с Мироновым все равно не уклониться. Это даже безотносительно Сашки нужно сделать. Не можешь же ты вечно от него бегать и скрываться. Это не жизнь, Лена.

С тем, что это не жизнь, я была полностью согласна. Как и с тем, что разговор с Мироновым рано или поздно мне предстоит. И как совместить известие о том, что я ношу его ребенка, с претензиями по поводу Сашкиных неприятностей, было совершенно непонятно. Ребенок был элементом давления. Получалось, что я буду прикрываться им, манипулировать, шантажировать, то есть делать все то, что противно моему характеру, всему моему существу. Но Машке об этом пока знать необязательно.

– Да, я поговорю с Мироновым, – промямлила я.

Прозвучало неубедительно. Машка покосилась на меня, но промолчала. Подруга все-таки. Настоящая подруга.

– Костю попроси, – с нажимом настаивала она. – Костя лучше справится."

"Да, на данном этапе это было самым правильным.