Королева блогосферы

– Вы идете или остаетесь? – спросила я у Димы, который продолжал сидеть.

Он молчал, а на его лице я читала откровенное потрясение. Проследив за его взглядом, я поняла источник этого потрясения. Димины глаза находились как раз на уровне моего выпирающего живота.

– А? Что? Я бы остался, если вы не против, – пробормотал Дима. – Елена Сергеевна, а…

– Оставайтесь, потом расскажете мне про приговор, – улыбнулась я, чувствуя неимоверное облегчение от того, что с моей тайны наконец-то сорваны покровы.

Вернувшись в свой кабинет, я с необыкновенной легкостью приступила к работе. Период так тяготившего меня молчания подходил к концу. Что ж, жизнь необратимо меняется, и впервые за очень долгое время я была этому рада. Дима вернулся в кабинет примерно через час.

– Ну что? – спросила я его. – Какой приговор вынесла наша Мария?"

"– Рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению Киры Александровны Плиновской в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 198 УК РФ, суд принимает решение: Признать Киру Александровну Плиновскую виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 198 УК РФ, и, с учетом смягчающих обстоятельств, назначить ей наказание в виде штрафа в размере 400 000 рублей, а также запрета вести коммерческую деятельность в интернете сроком на пять лет, – по памяти продекламировал Дима.

– Я так и думала, – улыбнулась я. – Машка проявила все-таки верх человеколюбия. Но, признаться, я этому рада.

– Елена Сергеевна, простите, можно задать вам личный вопрос?

Что ж, мой помощник всегда лихо брал быка за рога и особым терпением не отличался.

– Можно, Дима, – пряча улыбку, сказала я.

Вот на Диме сейчас и порепетируем все, что мне сегодня предстоит рассказать семье, коллегам, а потом еще и Миронову. Помощник открыл рот, но задать свой нетактичный вопрос не успел, потому что открылась дверь и в кабинет ввалилась Машка.

– Фу-у-у, – возопила она, – семь потов сошло! Вы должны, нет, вы просто обязаны сейчас же напоить меня кофе. Дима, дуй за пирожными. Возьми эклеры, потому что я заслужила. И не говорите мне ни слова о диетах.

– Никто и не собирался, – пробормотал Дима с явным сожалением.

Что ж, моя казнь египетская откладывается, а ему придется потерпеть с удовлетворением своего несносного любопытства. Дима сварил кофе и ушел за пирожными. Машка откинулась на стуле и с удовольствием сделала первый глоток.

– Боже, как хорошо. Я тут у тебя посижу немного, а то рискую нарваться на Комарова и выслушать массу неприятного. Он просто вне себя.

– Представляю, – засмеялась я. – Лишила его такой громкой славы. Захапала ее себе, отпустив Плиновскую с миром.

– А что я должна была сделать? Скажи на милость? – вздохнула Машка.