Игра престолов. Битва королей

«Ренли уж точно никогда не унижал их так, – подумал Давос. – Младший из Баратеонов обладал даром изящной учтивости, которого его брат, увы, лишен напрочь».

Конь Давоса поравнялся с королевским, и он перешел на медленный шаг.

– Ваше величество. – Вблизи вид у Станниса был еще хуже, чем издали. Лицо осунулось, и под глазами пролегли темные круги.

– Контрабандист должен хорошо разбираться в людях. Какого ты мнения о сире Кортни Пенрозе?

– Упорный человек, – осторожно ответил Давос.

– Я бы сказал, что ему не терпится умереть. Он швырнул мое прощение мне в лицо – а в придачу свою жизнь и жизнь каждого человека внутри этих стен. Поединок, подумать только! – презрительно фыркнул король. – Не иначе как он принимает меня за Роберта.

– Скорее всего он просто отчаялся. На что ему еще надеяться?

– Надеяться не на что. Замок падет – но как сделать это побыстрее? – Станнис задумался, и Давос расслышал сквозь перестук копыт, как он скрипнул зубами. – Лорд Алестер советует привезти сюда старого лорда Пенроза, отца сира Кортни. Ведь ты его знаешь, не так ли?

– Когда я был вашим послом, лорд Пенроз принял меня любезнее, чем большинство других. Он человек преклонных лет, государь, дряхлый и хворый.

– Флорент положит конец его хворям. На глазах у сына, с веревкой на шее.

Людям королевы перечить было опасно, но Давос поклялся всегда говорить королю правду.

– Я думаю, это дурное дело, государь мой. Сир Кортни скорее позволит своему отцу умереть, чем предаст его. Нам это ничего не даст, кроме бесчестья.

– Какого еще бесчестья? – ощетинился король. – Ты хочешь, чтобы я щадил изменников?

– Тех, кто едет позади, вы пощадили.

– Ты упрекаешь меня за это, контрабандист?

– Я никогда не посмел бы. – Давос испугался, что зашел слишком далеко, а король не уступал:

– Ты ценишь этого Пенроза выше, чем моих лордов-знаменосцев. Почему?

– Он хранит свою веру.

– Дурацкую веру в мертвого узурпатора.

– Да – однако хранит.

– А те, что позади, выходит, нет?

Давос сказал слишком много, чтобы стесняться.

– В прошлом году они были людьми Роберта. Одну луну назад – людьми Ренли. Нынче утром они ваши. Чьими они будут завтра?

Станнис ответил на это внезапным смехом – грубым и презрительным.

– Видишь, Мелисандра? Мой Луковый Рыцарь всегда говорит мне правду.

– Вы хорошо его знаете, ваше величество, – сказала красная женщина.

– Мне очень не хватало тебя, Давос. Это верно, они сплошь изменники – твой нюх тебя не обманул. И даже в измене своей они непостоянны. Сейчас они нужны мне, но ты-то знаешь, как мне претит прощать такую сволочь, хотя я наказывал лучших людей за меньшие преступления. Ты в полном праве упрекать меня, сир Давос.

– Вы сами вините себя больше, чем когда-либо смел я, ваше величество.