Игра престолов. Битва королей

Говорят, он изнасиловал принцессу, не смыв с рук крови и мозгов ее сына.

– Эта тайна присягнула на верность вашему лорду-отцу.

– Отец первый скажет, что пятьдесят тысяч дорнийцев стоят одного бешеного пса.

Варис погладил свою пудреную щеку.

– А если принц Дорван потребует не только крови рыцаря, выполнившего приказ, но и крови лорда, который приказ отдал?

– Во главе мятежа стоял Роберт Баратеон, и все приказы в конечном счете исходили от него.

– Роберта не было в Королевской Гавани.

– Дорана Мартелла тоже.

– Хорошо. Кровь в угоду его гордости, кресло в угоду честолюбию. И, само собой, золото и земли в придачу. Лакомое предложение… но в лакомстве может скрываться яд. Будь я на месте принца, я потребовал бы чего-то большего, прежде чем протянуть руку к этим сотам. Какого-нибудь знака доброй воли, какой-нибудь верной заруки на случай измены. – Варис расплылся в самой елейной из своих улыбок. – Так кого же вы ему даете?

– Ты сам знаешь, – вздохнул Тирион.

– Ну, если угодно, то да, Томмена. Ведь нельзя же предлагать Мирцеллу и Дорану Мартеллу, и Лизе Аррен разом.

– Напомни, чтобы я больше не играл с тобой в угадалки. Ты плутуешь.

– Томмен хороший мальчик.

– Если забрать его у Серсеи и Джоффри, пока он еще мал, из него и человек может вырасти хороший.

– И хороший король?

– Король у нас Джоффри.

– Но если с его величеством приключится что-то худое, наследником будет Томмен. Такой мягкий по натуре и такой… послушный.

– Ты не в меру подозрителен, Варис.

– Воспринимаю это как похвалу, милорд. Ну что же – принц Доран вряд ли останется равнодушен к высокой чести, которую вы ему оказываете. Очень ловко, должен признать… если бы не один маленький изъян.

– Имя которому – Серсея? – засмеялся карлик.

– Что такое интересы государства против любви матери к родному чаду? Быть может, королева ради чести своего дома и безопасности своей страны согласилась бы еще расстаться либо с Томменом, либо с Мирцеллой, но с обоими сразу? Нет.

– Чего Серсея не знает, то меня не тревожит.

– Ну а если ее величество прознает о ваших планах до того, как они осуществятся?

– Тогда я буду знать наверное, что человек, рассказавший ей о них, – мой враг.

Варис хихикнул, а Тирион подумал: «Третий».

Санса

«Приходите вечером в богорощу, если хотите попасть домой».

Слова оставались теми же, как ни перечитывала их Санса с тех пор, как обнаружила у себя под подушкой клочок пергамента. Она не знала, как попало сюда письмо и кто послал его. Оно не имело ни подписи, ни печати, и почерк был ей незнаком. Санса спрятала пергамент на груди, повторяя шепотом, совсем тихо: «Приходите вечером в богорощу, если хотите попасть домой».