Игра престолов. Битва королей

"

"Так было и с их дедом, старым лордом Рикардом, и с его сыном Брандоном, братом отца, и с двумя сотнями его лучших людей. Никто из них не вернулся. А теперь еще и отец уехал на юг вместе с Арьей и Сансой, Джори, Халденом, Толстым Томом и всеми остальными. А потом за ними последовали мать и сир Родрик, и они тоже не вернулись. А теперь еще Робб собрался туда же. Не в Королевскую Гавань, чтобы присягнуть новому королю, но в Риверран с мечом в руке. И если их лорд-отец действительно находится в заточении, поход этот, безусловно, грозил ему смертью. Это пугало Брана больше, чем он мог сказать.

– Если Робб должен будет уехать, идите за ним, – обратился Бран к старым богам, смотревшим на него с сердце-дерева красными глазами. – Приглядите за его людьми, Халом, Квентом и остальными, за лордом Амбером, леди Мормонт и прочими лордами. И за Теоном, конечно! Идите за ними, берегите их, если это угодно вам. Помогите им победить Ланнистеров, спасти отца и вернуться домой!

Слабое дыхание ветра пробежало по богороще, красные листья шевельнулись и зашептали. Лето обнажил зубы.

– Ты слышишь их, парень? – проговорил голос.

Бран поднял голову. На противоположной стороне пруда под древним дубом стояла Оша, листья скрывали ее лицо. Даже в кандалах она двигалась с удивительной легкостью. Лето обежал пруд, принюхался, высокая женщина дернулась.

– Лето, ко мне, – позвал Бран. Волк нюхнул напоследок, повернулся и направился обратно. Бран обнял его. – Что ты делаешь здесь? – Он не видел Ошу с тех пор, как она попала в плен в Волчьем лесу, но знал, что ее определили работать на кухню.

– Это и мои боги, – сказала Оша. – Там, за Стеной, других не знают. – Волосы ее отрастали, каштановые и лохматые. Она сделалась более женственной в простом платье из грубого домотканого материала, которое ей дали, сняв с нее кольчугу. – Гейдж время от времени отпускает меня помолиться, когда мне это очень нужно. А я позволяю ему делать все, что он хочет, под моей юбкой. Мне все равно. Мне даже нравится запах муки на его руках, и он ласковей Стива. – Она неловко поклонилась. – Ну, оставлю тебя. Мне нужно отмыть горшки.

– Нет, останься, – приказал ей Бран. – Ответь мне, почему ты сказала, что я слышу богов?

Оша поглядела на него.

– Ты просил, и они ответили. Открой уши, прислушайся, сам услышишь.

Бран прислушался.

– Но это же только ветер, – возразил он неуверенным голосом. – Шелестят листья…

– А кто, по-твоему, посылает ветер, если не боги? – Оша с негромким звоном уселась на другой стороне пруда. Миккен заковал ее ноги в железо, их соединяла тяжелая цепь, она могла ходить, нешироко расставляя ноги, но бежать или сесть в седло была не способна.

– Они видят тебя, парень, они слышат твою речь. А отвечают тебе этим шелестом.