Игра престолов. Битва королей

Санса не заметила, когда сир Илин вернулся в зал, но он был здесь и шел к помосту неслышно, как кот. Лед он нес наголо. Отец после казни всегда очищал свой меч в богороще, но сир Илин был не столь заботлив. На волнистой стали сохла кровь, из красной уже ставшая бурой.

– Скажи леди Сансе, зачем я держу тебя здесь.

Сир Илин открыл рот и проскрипел что-то без всякого выражения на изрытом оспой лице.

– Он говорит, что находится здесь ради нас. Станнис может взять город и занять трон, но суда над собой я не допущу. Я не желаю, чтобы мы достались ему живыми.

– Мы?!

– Ты не ослышалась. Советую тебе помолиться заново – и не по-прежнему. Старкам не придется порадоваться падению дома Ланнистеров, даю тебе слово. – Королева ласково коснулась волос Сансы, убрав их с шеи.

Тирион

Зрение Тириона ограничивала прорезь шлема, но, поворачивая голову, он мог видеть три галеи, приставшие к турнирному полю, и четвертую, побольше остальных, – она стояла на середине реки и стреляла бочонками горящей смолы из катапульты.

– Стройся клином, – скомандовал он, когда его отряд выехал за ворота. Они сформировали наконечник копья, где острием был он. Сир Мендон Мур занял место справа от него – пламя отражалось в белой эмали его панциря, мертвые глаза бесстрастно поблескивали сквозь забрало. Угольно-черный конь под ним имел на себе белые доспехи, к руке был прикреплен чисто-белый щит королевского гвардейца. Слева удивленный Тирион обнаружил Подрика Пейна с мечом в руке.

– Тебе тут не место, мальчик, – отправляйся назад.

– Я ваш оруженосец, милорд.

На споры не было времени.

– Ладно – держись подле меня. – Тирион пришпорил жеребца.

Колено к колену они ехали вдоль городской стены. С древка в руке сира Мендона струился красный с золотом штандарт Джоффри – лев и олень, выступающие бок о бок. С шага они перешли на рысь, развернувшись вокруг подножия башни. Со стены сыпались стрелы, и камни летели куда попало – на землю, в воду и на людей. Впереди высились королевские ворота, где толпа солдат орудовала громадным тараном из черного дуба с железной головой. Лучники с кораблей, стоя вокруг, обстреливали всех, кто показывался наверху.

– Копья наперевес, – скомандовал Тирион, посылая коня вперед.

Почва была скользкой от ила и крови. Конь, споткнувшись о труп, зашатался, и Тирион подумал было, что тут его атаке и конец, – но как-то удержался в седле, а тут и конь выровнялся. Люди у ворот торопливо поворачивались, готовясь к бою. Тирион вскинул топор с криком:

– Королевская Гавань! – Другие голоса поддержали его, и клин, бряцая сталью, свистя шелком и гремя копытами, ринулся вперед.