Игра престолов. Битва королей

 – Поди сюда!

«Подзывает меня, точно собачонку», – подумала она.

– Его величество нуждается в вас, – сказал Тирион. – Поговорим после боя, если боги позволят.

Санса прошла сквозь ряды копейщиков в золотых плащах.

– Битва начнется скоро, – сказал ей Джоффри. – Все так говорят.

– Да смилуются боги над всеми нами."

"– Мой дядя – вот кому понадобится их милость, но от меня он ее не дождется. – Джоффри обнажил меч. На его эфесе рубин в виде сердца был зажат в пасти льва. На клинке были вырезаны три глубоких желоба. – Мой новый меч – Пожиратель Сердец.

«Раньше у него был меч под названием Львиный Зуб, – вспомнила Санса, – но Арья отняла его у Джоффа и бросила в реку». Санса надеялась, что Станнис поступит с этим таким же образом.

– Он очень красив, ваше величество.

– Благослови мою сталь своим поцелуем. – Он протянул ей клинок. – Ну же, поцелуй его.

Никогда еще он не казался ей таким глупым мальчишкой. Санса приложилась губами к стали. Уж лучше мечи целовать, чем самого Джоффри. Он как будто остался доволен и с размаху вдел меч в ножны.

– Ты поцелуешь его снова, когда я вернусь, и отведаешь дядиной крови.

«Разве что если один из твоих гвардейцев убьет его за тебя». С Джоффри и Тирионом их ехало трое: сир Меррин, сир Мендон и сир Осмунд Кеттлблэк.

– Вы сами поведете своих рыцарей в бой? – с надеждой спросила Санса.

– Повел бы, но дядя Бес говорит, что дядя Станнис нипочем не переправится через реку. Зато я буду командовать Тремя Шлюхами и сам отправлю предателей в дорогу. – При этой мысли Джофф улыбнулся. Пухлые розовые губы придавали ему вечно надутый вид. Раньше Сансе это нравилось, теперь ее от этого тошнило.

– Говорят, мой брат Робб всегда сражается в самой гуще боя, – храбро сказала она. – Правда, он старше вашего величества – он уже взрослый.

Джофф, услышав это, нахмурился.

– С твоим братом я разделаюсь, когда покончу со своим изменником-дядей. Мой Пожиратель Сердец выпустит ему кишки, вот увидишь. – Он повернул коня и поскакал к воротам. Сир Меррин и сир Осмунд поравнялись с ним справа и слева, золотые плащи последовали за ними по четыре в ряд. Бес и сир Мендон Мур замыкали. Стража у ворот проводила их криками «ура». Они уехали, и тишина повисла над двором, словно на море перед бурей.

В этой тишине пение зазвучало громче, и Санса направилась к септе вместе с двумя конюхами и одним из сменившихся часовых.

Санса никогда еще не видела замковую септу столь полной и ярко освещенной – радужные лучи лились сквозь кристаллы ее высоких окон, и повсюду горели свечи, мерцая, как звезды.