Игра престолов. Битва королей

Роберт Гловер и другие, освобожденные ею, рассказали, наверное, что случилось в темнице, вот Шагвелл со своими дурацкими говорящими головами и зарядил про Ласкин суп. Она с радостью велела бы ему заткнуться, но боялась. Дурак наполовину сумасшедший и, говорят, как-то убил человека за то, что тот не посмеялся над его шуткой. «Но лучше ему замолчать, не то я внесу его в свой список», – думала она, отскребая очередное бурое пятно.

Уже вечерело, когда прибыл новый хозяин Харренхолла – некрасивый, безбородый и самый обыкновенный. Примечательны в нем были только странные бледные глаза. Не толстый, не тонкий и не могучего сложения, он был в черной кольчуге и замызганном розовом плаще. Эмблема на его знамени изображала человека, покрытого кровью.

– На колени перед лордом Дредфорта! – крикнул его оруженосец, мальчик не старше Арьи, и Харренхолл преклонил колени.

Варго Хоут вышел вперед.

– Милорд, Харренхолл ваш.

Лорд что-то ответил, но так тихо, что Арья не расслышала. Роберт Гловер и сир Эйенис Фрей, вымытые и переодетые в чистые дублеты и плащи, подошли к нему и после краткого разговора подвели его к Роржу и Кусаке. Арья удивилась, что они еще здесь, ей почему-то казалось, что они исчезнут вместе с Якеном. Рорж прогнусил что-то, но слов она не разобрала. Тут к ней подскочил Шагвелл и поволок через двор.

– Милорд, милорд – вот она, Ласка, которая состряпала суп.

– Пусти, – крикнула Арья, вырываясь.

Лорд оглядел ее. Только глаза и двигались на его лице – очень светлые, цвета льда.

– Сколько тебе лет, дитя?

Арья не сразу вспомнила.

– Десять.

– Десять, милорд, – поправил он. – Ты любишь животных?

– Некоторых люблю… милорд.

– Но не львов, как видно, – с тонкой улыбкой заметил он. – И не мантикоров.

Не зная, что на это ответить, она промолчала.

– Мне сказали, что тебя зовут Ласка. Так не годится. Какое имя дала тебе мать?

Арья прикусила губу, думая, как бы еще назваться. Ломми звал ее Вороньим Гнездом, Санса – Лошадкой, люди ее отца – Арьей-Надоедой, но вряд ли эти имена ему подойдут.

– Нимерия, – сказала она. – А если коротко, то Нэн.

– Всегда добавляй «милорд», когда говоришь со мной, Нэн. Для службы в Бравых Ребятах ты слишком мала и к тому же принадлежишь к слабому полу. А пиявок ты не боишься?

– За что же их бояться… милорд?"

"– Вижу, моему оруженосцу есть чему у тебя поучиться. Лечение пиявками – секрет долгой жизни. Человек должен очищать свою кровь. Думаю, ты мне подойдешь. Во время моего пребывания в Харренхолле, Нэн, ты будешь моей чашницей, будешь прислуживать мне за столом и в покоях.

На сей раз она благоразумно воздержалась от замечания, что предпочла бы работать на конюшне.

– Да, милорд.