Битва королей

— Вы велите мне одеться тепло, и я одеваюсь, вы велите мне быть осторожным, и я… — Он пожал плечами. — Я видел достаточно. Не будете ли вы столь любезны проводить меня до носилок?

— С величайшим удовольствием, милорд. — Галлин поднял фонарь и повел Тириона обратно к лестнице. — Хорошо, что вы посетили нас. Это большая честь. Слишком долго королевский десница не жаловал нас своим присутствием. Последним был лорд Россарт, принадлежавший к нашему ордену, — еще при короле Эйерисе. Король Эйерис питал большой интерес к нашей работе.

«Король Эйерис использовал вас, чтобы поджаривать своих врагов». Брат Джейме рассказал Тириону кое-что о Безумном Короле и его ручных пиромантах.

— Джоффри тоже заинтересуется ею, не сомневаюсь. — «И потому его лучше держать от вас подальше».

— Мы смеем надеяться, что король посетит нашу Гильдию собственной светлейшей персоной. Я уже говорил об этом с вашей царственной сестрой. Великий праздник…

По мере того как они поднимались, становилось теплее.

— Его величество запретил всякие празднества до окончания войны. — (По моему настоянию.) — Король считает неприличным пировать, когда его народ голодает.

— Решение, достойное золотого сердца, милорд. Быть может, тогда наши братья могли бы посетить короля в Красном Замке. Мы показали бы то, что умеем, чтобы немного отвлечь его величество от многочисленных забот. Дикий огонь — не единственный секрет нашего древнего ордена. В нашем распоряжении много чудес.

— Я поговорю об этом с сестрой. — Тирион не возражал против нескольких магических фокусов — но довольно и того, что Джофф заставляет людей сражаться насмерть, недоставало еще, чтобы ему понравилось сжигать их заживо.

Когда они наконец выбрались наверх, Тирион скинул меховой плащ и взял его на руку. Гильдия Алхимиков представляла собой настоящий лабиринт из черного камня, но Галлен уверенно вывел его в Галерею Железных Факелов, длинную и гулкую, где двадцатифутовые опоры из черного металла были окружены мерцающим зеленым ореолом. Призрачное пламя, отражаясь от черного полированного мрамора стен и пола, озаряло галерею изумрудным сиянием. Тирион подивился бы такому зрелищу, если б не знал, что железные факелы зажгли не далее как утром в его честь и потушат, как только за ним закроется дверь. Дикий огонь слишком дорог, чтобы тратить его впустую.

По широкой закругленной лестнице они вышли на улицу Сестер, к подножию холма Висеньи. Тирион распрощался с Галленом и пошел к Тиметту, сыну Тиметта, ожидавшего его с эскортом Обгорелых. Выбор был в самый раз, учитывая цель его сегодняшней поездки. Кроме того, увечья Обгорелых вселяли страх в городскую чернь, что было отнюдь не лишним. Три ночи назад у ворот Красного Замка снова собралась толпа, требуя хлеба.