Король Воронов

Если он на вас нападет и вы выстрелите, полиция сочтет это необходимой обороной. Пистолета у меня не было, была клюшка.

– Я понимаю, к чему ты клонишь, но ведь никто не подозревал, что Эндрю в опасности. – Бетси произнесла это утвердительно, поэтому Нил не ответил. Остановившись на красный сигнал светофора, она молча взирала на него и, только когда зажегся зеленый, сказала: – Грань между самообороной и преднамеренным убийством очень тонкая, Нил. Зачем ты пошел с клюшкой наверх?

После долгой паузы Нил хмуро буркнул:

– Я знал, кто такой Дрейк.

– Откуда? Эндрю тебе о нем рассказывал?

– Кое-что, не все. Я знал, что оклендская полиция завела дело на Спиров и что родной сын Кэсс – морской пехотинец. С голыми руками против морского пехотинца шансов у меня не было, вот я и захватил с собой клюшку. – Нил уставился в окно, мечтая, чтобы этот разговор поскорее закончился. – Я на время отдал ее Аарону – чтобы подержал, пока я выбью дверь, – а забрать уже не успел.

– Итак, ты ворвался в комнату. Что ты там увидел?

– Дрейк напал на Эндрю. – Нил сказал правду, но ему самому она отчего-то показалась ложью. Короткое описание из четырех слов не передавало и доли того кошмара, который предстал его глазам. – Я потерял равновесие и чуть не упал. Аарон среагировал быстрее. Он ударил Дрейка вот сюда. – Нил показал на себе, где именно клюшка проломила череп Дрейка. – Сильно ударил, так что Дрейк умер сразу… Раз Эндрю отдал вам карточку, значит, копы забрали клюшку, так?

– Ты хотел бы получить ее обратно?

– Вы хоть представляете, сколько она стоит? Конечно, я хочу ее вернуть.

– И тебя не смущает, что она послужила орудием убийства?

– Да кого там убили-то?

– Интересно, – хмыкнула Бетси.

В молчании они въехали на парковку перед магазином. С утра в рабочий день свободное место у самого входа нашлось легко. Бетси вытащила ключи из замка зажигания, выключила навигатор и посмотрела на Нила.

– Что бы ни натворил Дрейк, он погиб жуткой смертью буквально в двух шагах от тебя. Было бы вполне понятно и естественно, если бы ты после этого испытывал горе или шок."

"Нил понимал, что лучше всего сейчас соврать, но у него перед глазами до сих пор стояли побелевшие костяшки Эндрю, вцепившегося в изголовье кровати, в ушах до сих пор звучал смех, приглушенный подушкой. Если бы Нил мог, он залез бы себе в голову и выкорчевал все воспоминания, но это было невозможно, и все, что ему оставалось, – сорвать свой гнев на Бетси. Да, не она посадила Эндрю на таблетки два с половиной года назад, но, кроме нее, выплеснуть раздражение Нилу было не на кого.

– А я вот не испытываю, – вяло проговорил он. – И знаете что? Эндрю тоже.

Он хотел, чтобы она защищалась. Чтобы искала оправдания. Буйный отцовский темперамент заставлял кровь кипеть, рвался наружу.