Король в жёлтом

В Америке, или, по крайней мере, там, где я живу, в Милбруке, девушки тоже вполне независимы. Они гуляют одни и принимают друзей без компаньонок. Я боялся, что мне будет здесь скучно. Но теперь рад, что ошибся.

Она подняла на него глаза и не отвела их.

– Здесь множество хорошеньких девушек гуляют одни по террасе, – любезно продолжал он. – Вот и вы тоже одна. Скажите, я не знаю французских обычаев, вы имеете право ходить в театр без компаньонки?

Она долго изучала его лицо, а потом с дрожащей улыбкой спросила:

– Почему вы спрашиваете?

– Потому что вы должны это знать, – весело сказал он.

– Да, – тускло ответила она, – знаю.

Он подождал ответа и решил, что она, вероятно, неправильно его поняла.

– Надеюсь, вы не думаете, что я пытаюсь злоупотребить нашим коротким знакомством? В самом деле, это странно, что Клиффорд назвал вас по имени, а фамилии не сказал. Может быть, так принято во Франции?

– Так принято в Латинском квартале, – ответила она со странным блеском в глазах. – Вы должны знать, мсье Гастингс, что мы все здесь несколько безрассудны. Богема не предполагает этикета и церемоний. Поэтому Клиффорд представил меня попросту и оставил нас вдвоем – только поэтому, и потому что мы с ним приятели, а у меня много приятелей в Латинском квартале, много знакомых, – я не изучаю живопись, но…

– Но что? – озадаченно спросил он.

– Не скажу, это секрет, – улыбнулась она. На щеках у нее загорелись красные пятна, и глаза лихорадочно заблестели. Она как-то сразу посерьезнела и спросила – Вы близко знакомы с мсье Клиффородом?

– Не очень.

Помолчав, она повернулась к нему, совсем бледная:

– Моя фамилия Тиссо. Можно вас попросить об услуге, несмотря на короткое знакомство?"

"– О, почту за честь!

– Обещайте не говорить обо мне с мсье Клиффордом. Обещайте, ни с кем не говорить обо мне.

– Обещаю, – отвечал он, совсем сбитый с толку.

Она нервно засмеялась.

– Мне хочется остаться загадкой. Такой каприз.

– Я надеялся, что вы позволите господину Клиффорду ввести меня в ваш дом.

– Мой… мой дом! – повторила она.

– То есть представить меня вашей семье.

Перемена в лице девушки испугала его.

– Прошу прощения, я причинил вам боль…

Она мгновенно, по-женски простила его.

– Мои родители умерли, – сказала она.

– Я обидел вас своим предложением? Нарушил какой-то обычай?

– Я не могу, – ответила она. И добавила: – Мне очень жаль, но поверьте, я не могу. – Он серьезно поклонился, и на лице его отразилось смутное беспокойство. – Не потому, что не хочу. Вы мне нравитесь, вы очень добры ко мне…

– Добр? – воскликнул он с удивлением.

– Вы мне нравитесь, – медленно повторила она, – мы будем видеться с вами, если захотите.

– В доме у знакомых?

– Нет.

– Где же?

– Здесь, – с вызовом ответила она.