Король Нимф (ЛП)

От кровати опять повеяло ароматом желания.

— Одно твое присутствие заставляет меня отчаянно пытаться достичь оргазма, — ахнула одна из девушек.

— Ты всегда знаешь о том, чего я хочу даже раньше, чем об этом узнаю я сама, — задыхалась другая. — Я не могу тобой насытиться.

— Я пристрастилась к тебе, — вздыхала третья. — Я умру без тебя.

Стоны и крики удовольствия отзывались эхом в его ушах, ненасытное вожделение заставляло женщин жаждать его прикосновений. В крови Валериана заполыхал огненный жар, и погасить его может только секс. Время от времени, когда просыпались низменные потребности, Валериан уподоблялся животному, беря своих возлюбленных с дикой силой, больше подходящей для поля боя.

Сейчас был как раз один из таких моментов.

С рычанием Валериан разомкнул губы и принял чей-то поцелуй, его руки путались в волосах и сладкой ароматной плоти. Возможно, он присоединится к своим людям во время обеда...

* * *

ЛЯЗГ. СВИСТ. ЛЯЗГ.

Пот заливал голую грудь Валериана, прокладывая дорожки вдоль канатов мышц и стекая вниз, когда король размахивал тяжелым мечом, ударяя им о поднятое оружие противника. Бродерик оступился и упал назад, разбрызгивая грязь во все стороны. Немного грязи попало на сапоги Валериана, вычищенные перед тренировкой.

— Вставай, соберись, — скомандовал он, когда Бродерик остался лежать.

— Не могу, — ответил тот, тяжело дыша."

"Валериан нахмурился. Уже четыре раза Бродерик падал на землю во время этой тренировки, а они занимались не больше часа. Обычно столь же рослый и сильный, как и Валериан, сегодня Бродерик был очень слаб, и это сбивало с толку.

Чувство вины, с которым Валериан ранее кое-как справлялся, теперь не давало покоя. Он должен был отослать женщин прошлым вечером, должен был сопротивляться им решительнее этим утром. В то время как Валериан был сильным как никогда, его закаленные в битвах воины ослабли.

— Проклятье, — пробормотал Бродерик, его голос был напряжен. Тем не менее, он оставался на земле, наклонив голову и придерживая ее поднятыми руками, золотистые волосы прикрывали глаза. — Я не знаю, сколько еще смогу выдержать.

— А как остальные? — Валериан вогнал в песок меч, лезвие которого было сформировано и заточено в виде удлиненного, смертоносного черепа, наносящего непоправимый ущерб. Он метко назвал меч Черепом.

Его пристальный взгляд прошелся по рядам своей армии. Некоторые сидели на скамье и точили мечи, в то время как другие стояли с потерянным видом, прислонившись к серебристо-белой каменной стене, и, судя по их виду, мысленно были далеко отсюда. Только Теофил казался готовым к чему-то большему, чем дремота. И только он заработал наименьшее количество замечаний.

Ну, это было не совсем так.