Король Лжи

Всё, что мне было интересно, я уже услышал, а вот некоторые мои вопросы могли бы навести констебля на определённые нежелательные мысли. Оно мне надо?

— Странно как-то, — пробормотал служащий, — не могу понять, в чём дело. Переспрашиваю одно и то же у свидетеля, ответы одинаковые, а аппарат мне показывает то ложь, то правду. Наверное, сломался…

«Да потому что ответы отличаются. Там бойцов нет, а здесь есть», — мысленно усмехнулся, проследив за озадаченным выражением на лице жандарма.

Оглушительно зевнул, не утруждая себя прикрыть рот ладонью, демонстративно достал из кармана пальто часы-луковицу и посмотрел на циферблат.

— Время-то уже позднее, да что-то скучно у вас, — протянул, вставая со стула. — А ваш свидетель, очевидно, выпил слишком много эля этой ночью, вот полиграф и сбоит. Давно говорил, что данное магтехническое изобретение — полнейшая придурь, и ничем не лучше моргентума.

— Простите, господин Ксавье? — удивленно ответил констебль.

Я закатил глаза. И кого только в жандармы теперь берут? Неужели они вообще ничего не знают?

— В древней Аксании подозреваемому в тяжёлом проступке давали графин с ядовитой вытяжкой из ягод моргентума, — охотно пояснил Берни, сидящий неподалёку. — Если он боялся и выпивал всего лишь чуть-чуть, то умирал, так как яд моментально проникал в кровеносную систему. А если подозреваемый был уверен в своей правоте, то щедро вливал в себя жидкость, отчего его тут же начинало тошнить, и он оставался в живых. В наши дни, конечно же, понятно, что это крайне варварский и ненадёжный способ определить, врёт человек или нет. Хотя бы по тому, что у всех организмы разные, те же маги чуть более устойчивы к ядам, чем не-маги, а если у подозреваемого ярко выраженные целительские способности, то это уже третья история. Вытяжка может быть разной концентрации, ягоды недозревшие или перезревшие. Опять же очень многое зависит от массы человека. Очевидно, что та порция, что убьёт худенькую девушку или подростка, может практически никак не отразиться на хорошо упитанном или тучном мужчине.

— О, как… понятно, — протянул жандарм, потирая переносицу рукой, — но почему вы считаете, что полиграф ошибается?

Устал. Отлично. Самое время, чтобы свалить, а то ещё немного, и у меня совсем не хватит сил даже на скудную иллюзию.

— Да потому что вы скачете около этого полиграфа, как аборигены вокруг кустов с ягодами моргентума! Кто его вообще настраивал? И как? Неужели вы считаете, что все допрашиваемые врут одинаково?

— Что вы, господин Ксавье! Я много слышал о делах, которые вы раскрыли, и бесконечно уважаю ваш талант определять ложь по языку тела.