Испорченный король

Твердые выступы его мышц не только рельефны, но и четко очерчены, как будто он потратил время на оттачивание каждого изгиба. У него есть несколько красивых родинок на боку, вроде той, что в уголке глаза.

Кажется, что одна из татуировок со стрелкой направлена ему прямо в сердце.

Я нерешительно протягиваю руку к его груди, к сердцу. Моя ладонь горит от соприкосновения, и мое собственное сердце чуть не пробивает ребра от учащенного биения в его груди.

Обычный, здоровый ритм.

Не желая, чтобы меня застукали за тем, как я наслаждаюсь тем, как бешено бьется его сердце, я глажу его затвердевший сосок, чувствуя, как мои напрягаются и пульсируют, словно он прикасается к ним.

– Я почти уверен, что ты не знаешь, как нужно дразнить. – Его голос грубый, глубокий и леденящий душу. – Но у тебя определенно есть потенциал.

– Ч-что?"

"Он отрывает мою руку от своего соска и прижимает ее к толстой выпуклости в своих джинсах.

– Ты чувствуешь, что твоя маленькая игра делает со мной?

Мои глаза расширяются, а пульс учащается.

Прежде чем я успеваю среагировать, Эйден расстегивает молнию на джинсах и стаскивает их вместе с боксерскими трусами, освобождая свой твердый как камень член.

Святое. Дерьмо.

Единственные члены, которые я видела в своей жизни, были из порно – мне было любопытно, не осуждайте. Я всегда думала, что настоящие не такие эстетичные – или большие.

Что ж, я оказалась неправа, потому что Эйдену следует нарисовать картину его члена. Или устроить фотосессию.

Сделать что-то, что увековечит его внешний вид.

Эта штука не должна находиться в пределах досягаемости людей.

Эйден наблюдает за тем, как я смотрю на его член своим мрачным взглядом.

– Ты обхватывала этими губами член раньше?

Я сглатываю, качая головой.

Словно желая смутить меня еще больше, эрекция Эйдена становится более явной.

– Черт. – Его глаза сияют собственническим блеском, который поражает меня до глубины души.

Мое тело вытягивается по стойке смирно, и я продолжаю облизывать губы, хотя и не хотела этого.

Он толкает меня так, что я оказываюсь на спине, а он нависает сверху, его колени упираются по обе стороны от моего лица.

– Ты позволишь мне трахнуть этот рот, сладкая?

Мои безумные глаза мечутся между ним и его членом.

– Или ты хочешь, чтобы я трахнул твою киску?

О боже. Он порвет меня, если я впущу его внутрь.

Сделав последний глоток воздуха, я слегка приоткрываю губы.

Это все разрешение, в котором нуждается Эйден.

Он погружается в мой рот одним движением.

– Бля-ять.

Я пытаюсь вобрать его как можно глубже, но он упирается мне в горло. Срабатывает рвотный рефлекс, и на глаза наворачиваются слезы.

Эйден выходит почти полностью. У меня нет шанса перевести дыхание, прежде чем он врезается снова.

Он жесткий, грубый и неуправляемый.