Король игры

Я застыла над разделочной доской.

— Хорошо, — вымолвила пересохшими губами. Разволновалось, стоило услышать, что Артур приехал. Я эти дни непрерывно думала о нем, а вот сейчас вновь вернулся страх. Я приняла решение с ним обо всем поговорить. Какая бы буря после этого не разразилась, я переживу.

Вытерев руки полотенцем, я вышла встретить хозяина дома. Лева вертелся рядом, в руках крутил сделанный из конструктора самолет.

— Привет. — пальцами я нервно теребила край фартука. Артур был спокоен. Впервые с тех пор, как мы встретились, в его глазах я не увидела ненависти…

— Привет. — его равнодушие настораживало. — Нам надо поговорить.

— Что-то срочное? Я обед готовлю… — он прошел мимо меня, протянул руку сыну.

— Как дела? — обратился Бессонов к Леве.

— Хорошо.

— Я рад. Сам собирал? — взял он из рук сына самолет и покрутил в руках.

— Да, — гордо ответил Лева.

— Молодец. Отличная работа. — в носу вновь предательски защипало. Нашему сыну стало приятно, что его похвалили. — Можно поговорить позже, — обратился Артур ко мне.

— Что-то случилось? — я мечтала, чтобы он перестал злиться, а теперь была этому не рада. Что Бессонов делал эти дни, с кем был? Почему ведет себя так, будто отпустил все?

— Нет. Что могло случиться? — посмотрел он внимательно на меня. — Лева мне комнату свою покажет, а ты иди, готовь.

Допытываться не стала. Развернулась и ушла в кухню. Закончив с готовкой, разлила еду по тарелкам, накрыла стол и пошла звать мужчин.

— Мама говорит, что у нас нет денег платить за тренировки, но как только она найдет работу, я продолжу заниматься футболом, — услышала я, приблизившись к двери.

— Я тоже любил играть в футбол, но потом получил травму, долго восстанавливался. Пока лежал в больнице, решил, что буду заниматься боксом.

— А вы чемпион? — Лещев никогда с Левой не общался, неудивительно, что сыну так приятно мужское участие. Мама может все, только папой не может быть…

— Чемпион, — с улыбкой ответил Бессонов.

— А медали у вас есть?

— Есть. Я бы тебе их показал, но они хранятся в другом доме.

— А ваш отец, он вами гордился? — услышав этот вопрос, я напряглась. Лева даже со мной не всегда обсуждал поведение Виталия. Хотя я видела, какую боль ему причиняло безразличие отчима.

— Он мне никогда об этом не говорил. — в голосе Артура слышалась настороженность. — А твой отец, гордился тобой, Лев?

— Он не мо…

— Идемте кушать, — нервно громко произнесла я, привлекая к себе внимание. Я знала, что хотел сказать сын, но не могла ему этого позволить. Я должна сама во всем признаться Артуру. Рассказать, что случилось много лет назад. — Обед остывает на столе. — мои глаза бегали от отца к сыну. Бессонов, будто заподозрив что-то, вопросительно уставился на меня.