Король гнева (ЛП)

Это был наш самый долгий разговор за последние годы. Обычно мы писали друг другу только по праздникам и дням рождения, а по телефону никогда не разговаривали. Так было проще притворяться случайными знакомыми, хотя на самом деле это было совсем не так.

Мой лучший друг в колледже. Мой бывший парень. И моя первая любовь.

Когда-то давно я думала, что мы поженимся. Я убеждала себя, что мы преодолеем возражения моих родителей и будем жить долго и счастливо, но наш разрыв два года назад доказал, что мои надежды были именно надеждами. Хрупкими и необоснованными перед лицом гнева моих родителей.

Я отмахнулась от воспоминаний о том дне и попыталась переключиться.

Я: Как поживает твоя компания?

После нашего разрыва Хит переехал в Калифорнию и расширил свое приложение для изучения языков, превратив его в мощную компанию. В последний раз, когда я проверяла, оно входило в пятнадцать самых скачиваемых приложений в США.

Хит: Довольно удивительно. В конце этого года мы выходим на биржу.

Хит: Мы ожидаем большого IPO. Возможно...

Три точки, указывающие на то, что он набирает текст, появились, исчезли, затем появились снова.

Хит: Мы можем пересмотреть ситуацию после того, как это произойдет.

Мое чувство вины переросло в ужас.

Он не знал о помолвке. Я не писала об этом в Интернете, у нас больше не было общих друзей, а Хит не следил за светскими страницами, что означало, что я должна была сказать ему. Я не могла лгать без умысла и позволить ему думать, что у нас есть шанс снова быть вместе.

Хит: Если ты хочешь, конечно.

Я практически видела, как он проводит рукой по волосам, как он всегда делал, когда нервничал.

Мои зубы впились в нижнюю губу.

Я знала, что отчасти он так усердно работал над стартапом, чтобы доказать, что мои родители ошибаются. Они были в ярости, когда узнали, что я скрывала от них наши отношения в течение многих лет, и еще больше они были в ярости, когда узнали, что Хит не из подходящей среды.

В то время он хорошо зарабатывал как инженер-программист, который работал над своим приложением на стороне, но он не был Руссо или Янгом. Мой отец угрожал отречься от меня, если я не покончу с Хитом, и в итоге я выбрала семью, а не любовь.

Хит, вероятно, думал, что мои родители изменят свое мнение после того, как его компания станет публичной и он станет миллионером. У меня не хватило духу сказать ему, что они этого не сделают.

У моей семьи было много денег, но мы были нуворишами. Неважно, сколько мы жертвовали на благотворительность или сколько нулей было на наших банковских счетах, определенные слои общества всегда оставались закрытыми для нас... если только мы не выходили замуж за старых богачей.

Хит никогда не будет старым, а это значит, что мои родители никогда не одобрят его как любовную пару.