Король гнева (ЛП)

Перфекционизм, неконфликтность, отчаянная потребность в одобрении родителей.

Ее глаза сузились. — Они говорят, что гости должны придерживаться светских приличий так же, как и хозяин, в том числе стараться вести вежливую беседу.

— Да? А светские приличия включают в себя одежду, как будто ты вышла с фабрики —

«Степфордские жены» на Пятой авеню? — Я окинул взглядом ее костюм и жемчуг.

Мне было плевать, что такие люди, как Сеселия, носят подобную одежду, но Вивиан выглядела так же неуместно в этой убогой одежде, как бриллиант в мешке из рогожи. Это бесило меня без всякой причины.

— Нет, но в их число точно не входит испортить хороший ужин невежливостью, — холодно сказала Вивиан. — Вам следует купить хороший набор манер в тон вашему костюму, мистер Руссо. Как руководитель компании, занимающейся продажей предметов роскоши, вы лучше других знаете, как один некрасивый аксессуар может испортить наряд.

Еще одна улыбка, все еще слабая, но уже более конкретная.

В конце концов, не так уж и скучно.

Однако угли моего веселья с шипением превратились в дымную смерть, когда в наш разговор вмешалась ее мать.

— Данте, это правда, что все Руссо женятся в семейном поместье на озере Комо? Я слышала, что ремонт будет закончен к следующему лету перед свадьбой.

Моя улыбка исчезла, а мышцы напряглись от напоминания.

Я отвернулся от Вивиан, чтобы посмотреть на нетерпеливое выражение лица Сеселии.

— Да, — сказал я, мой тон был отрывистым. — Все свадьбы Руссо проходили на вилле Серафина с восемнадцатого века.

Мой многократный прадед построил виллу и назвал ее в честь своей жены. Моя семья ведет свои корни с Сицилии, но позже они переехали в Венецию и сколотили состояние на торговле роскошным текстилем. К тому времени, когда торговый бум в Венеции закончился, они достаточно разнообразили свою деятельность, чтобы сохранить свои богатства, которые они использовали для приобретения недвижимости по всей Европе.

Теперь, спустя столетия, мои современные родственники были разбросаны по всему миру — Нью-Йорк, Рим, Швейцария, Париж, — но вилла Серафина оставалась самым любимым из всех семейных поместий. Я бы предпочёл утопиться в Средиземном море, чем омрачать его фарсом свадьбы.

Мой гнев вырвался обратно.

— Замечательно! — Сеселия сияла. — О, я так рада, что скоро ты станешь частью нашей семьи. Вы с Вивиан — идеальная пара. Вы знаете, она говорит на шести языках, играет на пианино и скрипке, и...

— Извините. — Я отодвинул свой стул, прервав Сеселию на полуслове. Ножки заскрежетали по полу с удовлетворительно резким скрипом. — Природа зовет.

Тишина воцарилась после моей шокирующей грубости.