Король Драконов: сильнее смерти

Но принять перед этим порцию боли и навсегда потерять человеческое подобие…

Это было страшно, жутко; и никаких праздников впереди.

— Если он нас учует, — прошептал Аргент, — я надену невидимый плащ и отвлеку его. А вы уйдете тем путем, которым мы пришли… Ах, какая досада! Отчего нам так не повезло?

Пустота хотела бежать уже сейчас; с криком сорваться с места и юркнуть в лаз, даже если следом за ней помчится, выжигая черные кирпичи, раскаленное добела пламя. Но слова Аргента подействовали на нее гипнотически, и она замерла, всем своим существом прислушиваясь к тому, что говорит и что делает Король.

Тем временем Дракон обследовал весь склеп, принюхиваясь к запаху непрошенных гостей. Его поиски привели его в самый дальний угол, к пустому постаменту, на котором не было статуи, и если бы Пустота могла видеть, то она увидела бы, что к этому месту Король подошел уже человеком, а не в драконьем облике. Осторожно его ноги мерили шагами небольшое расстояние между ним и постаментом, лился алый шелковый шлейф. Грозный Алый Король сейчас выглядел испуганным и растерянным.

Над этим постаментом горел луч света. Казалось, он падал откуда-то верху, из небольшого оконца, но вот никакого окна над ним не было. Тонкие светлые пылинки плясали в этом луче, и лицо Демьена, поднятое вверх, было тревожно.

— Оракул, — проговорил тихо Демьен, положив ладонь на холодные камни. — Ты?.. Зачем ты здесь?

Из луча света выглянула смиренно склоненная головка, выступила небольшая фигура, кутаясь в просторные одежды.

— Ты же знаешь, Алый Король, зачем я прихожу, — ответил Оракул нежным, но безразличным голосом. — Когда королевская семья пополняется или наоборот, убывает. И этот раз не исключение.

Услышав его ответ, Демьен словно лишился сил. Колени его подогнулись, и он упал к подножию постамента, отчаянно цепляясь за него рукой.

— Нет, нет, нет! — забормотал он, отчаянно мотая черноволосой головой. — Этого не может быть, не мог настать его час, нет!..

Оракул молча выслушал его рвущийся вверх крик и бессвязную, прерываемую слезами речь, речь, бесстрастно переждал, пока стихнет боль, терзающая Короля.

— Дерек, — проговорил Оракул, подтвердив догадку Короля, когда Демьен стих, закрыв лицо руками и раскачиваясь мерно, как маятник. — Я прихожу оповестить, что еще один из королевской династии ушел. Сегодня ушел он.

— Мой друг! — простонал Демьен. — Мой брат! Как же это случилось?! Этого недолжно было произойти! Это невозможно! Дерек был силен, он мог победить любого врага!

— Дерек сменил один королевский венец на другой и перестал быть частью твоей династии, — все так же бесстрастно ответил Оракул. — Только и всего. Он не умер; он, напротив, стал бессмертным. Он претендовал на древнейшую в мире магию и с честью выдержал испытание.