Король Драконов: сильнее смерти

Он видел, что его близость производит на Пустоту завораживающее, поистине магическое влияние, и потому склонился еще ниже, дразня. — Сами посудите: вы говорите, что жаждете балов, праздников и ярких огней, но продлеваете бесплодную осень. Безрадостные серые дни, полные дождя, слякоти и холода. День за днем, год за годом будет длиться серая мгла. Ни ярких рассветов, ни звездных закатов. Не наступит весна, ни созреет урожай. Люди превратятся в иссохшие серые тени. Вечный голод высосет их силы и убьет в них желание веселиться.

— Они заслужили этого! — мстительно выкрикнула Пустота, и Аргент снова рассмеялся, его губы были в опасной близости от ее губ, и Пустота вдруг ощутила легко головокружения от нервного напряжения и томительного, долгого предвкушения и желания… попробовать эти губы на вкус.

— Заслужили? Вечных мук? — уточнил он тихо, с усмешкой. — Да, конечно. Они заслужили того, чтобы пожить в страданиях долго, так же долго, как и вы, но вы обрекаете их на вечное страдание. Я не пытаюсь воззвать к вашему милосердию, это занятие бесполезное. Убеждать сердце, жаждущее мести — глупо. Так же глупо, как и жить самой вечно… среди серых несчастных людей, которые не умеют смеяться.

Аргент вдруг разогнулся, его ослепительная улыбка погасла, синие глаза сделались холодными. Он почти оттолкнул, брезгливо отшвырнул от себя Пустоту, да так, что она испытала мучительный стыд оттого, что мгновение назад так откровенно жаждала его ласки.

— Вы никогда, — отчеканил он, — не устроите бал. У умирающих нет сил танцевать. Вы никогда не получите яркого подарка — не из чего будет делать конфеты и другие сладости. И вы никогда, — его слово «никогда» прозвучало особенно страшно, почти с садистским наслаждением, — не встретите того, кто вас полюбит. К тому же, — со смехом добавил он, — вы, кажется, жаждете маску Короля? И вы рассчитываете в ней ходить всегда? И еще пытаетесь убедить меня в том, что вы женщина?

— Мерзавец, — яростно выдохнула Пустота, стискивая худенькие пальцы в кулачки. — Какой же ты гнусный мерзавец!..

— Я всего лишь честен с вами, — холодно ответил Аргент. — Я всего лишь сказал вам правду о том, что будет в случае вашей победы. И это будет необратимо. Вы так задумывали вашу месть и ваше правление?

Глаза Пустоты метались, словно она пыталась найти, разглядеть правильный ответ, но не находила его.

— Вы как знаете, — высокомерно продолжил Аргент, — а я не желаю жить в таком мире. Зачем мне такая жизнь? Опуститься, превратиться в бессильного полубезумного голодного нищего? Благодарю покорно, но я не желаю! Лучше уж смерть… и — ах, да! — это тоже будет недоступно. Убьешь себя сегодня, а завтра для тебя же наступит такой же серый рассвет, мучительный голод и слабость.