Король драконов и Принцесса-Апельсин

Что произойдёт, когда он услышит об этом снова…

У входа произошла какая-то возня, и я позволила себе последнюю передышку – посмотрела, что происходит.

Через толпу придворных проталкивалась Брюна, усиленно работая локтями, и волоча за собой своего Пинуччо, который настороженно поглядывал по сторонам. Он что-то сказал Брюне, но та мотнула головой, совсем как дядюшка:

– Мы и так опоздали, – сказала она и встала рядом с герцогом Тевишем, сияя, как начищенная монетка.

Племянница короля приоделась – теперь на ней было синее платье, расшитое серебром, а чёрные непослушные кудри украшала диадема с топазами. Получилась почти принцесса, хотя герцог Тевиш неодобрительно покосился на дочь.

– Кто это? – спросил он у Брюны.

Я скорее угадала его слова, прочитав по губам, чем услышала, и сразу поняла, что речь о Пинуччо. Да, этому отцу тоже предстоит потрясение. Но что оно значит по сравнению с вестью о смерти сына…

– Где ты был?! – отец сбежал по ступеням так стремительно, что в первое мгновение я испугалась, что теперь помешательство станет из тихого буйным.

Бросившись следом, я не успела остановить отца, когда он схватил за плечи оторопевшего Пинуччо и встряхнул.

– Где ты был, сын? – повторил он, встряхивая его при каждом слове, и я поняла, что мой бедный отец снова ошибся, приняв желаемое за действительное.

– Плавал, – пролепетал Пинуччо, тараща глаза.

– Всё-таки сбежал, – отец хлопнул его ладонью по груди. – Как ты мог оставить всё на сестру? Я же запретил тебе путешествовать… Принц должен заботиться о своём народе, а не бродить по чужим странам!

Небеса сотворили настоящее чудо, и я почти поверила словам, что цитировали Вивианна Венатур и король драконов. Если даже зло небеса могут обратить в добро, почему бы им не превратить в добро обман?

– Не ругайте брата, – сказала я, мягко, взяв отца под локоть. – Теперь он вернулся, а я ведь неплохо справлялась в его отсутствие. Верно?

Отец вздрогнул и вскинул голову, будто я смертельно его оскорбила, но король Рихард оказался рядом так же быстро и незаметно, как ветер.

– Многим в этом мире небеса не дают даже одного сына, – сказал он, поймав и сжав мою руку. – А тебе, старина Атангильд, достались сразу и сын, и дочь, которая заменит тысячу сыновей. Ты счастливчик.

Помедлив, отец укоризненно покачал головой, потом улыбнулся и потрепал меня по щеке. Раньше такой чести удостаивался лишь «принц».

– Да, мне повезло, – сказал отец, переводя взгляд на Пинуччо, который застыл статуей. – Но теперь Аранчия должна сложить полномочия. Власть переходит к законному наследнику. К моему сыну. Настоящему сыну."

"– Позвольте объяснить… – попытался возразить Пинуччо, но я наступила ему на ногу, и он замолчал.