Король драконов и Принцесса-Апельсин

Скорее всего, принцесса Аранчия никогда больше не увидит ни заката, ни рассвета. А если, всё же, Хильдика у них в плену и ещё жива, то у меня будет шанс её спасти. Один из ста, но будет.

Я села за стол и откупорила чернильницу. Немного подумала, заточила перо и вывела в верхней части листа обращение – «Ваше величество». Без Рихарда мне в любом случае не справиться, но он не должен помешать. Пусть остаётся в стороне. Люди разберутся сами.

В письме я подробно изложила причины своего обмана, напомнила о своей верности короне, о том, что Солерно никогда не нарушал вассальных договоров с драконьей династией, упомянула, что принц Альбиокко рисковал жизнью, защищая короля, а принцесса Аранчия выиграла спор, потому что не согласна выходить замуж.

Запихнув подальше гордость, я в самых смиренных выражениях просила короля Рихарда позаботиться о моём отце, который потерял разум, пощадить Хильдику и дать моему городу те привилегии, что были обещаны. К своему письму я приложила записку и конверт, полученные от мятежников, и выразила надежду, что моя жертва не будет напрасной. Также я посоветовала как можно скорее сменить пропуски, чтобы враги не могли попасть во дворец.

Запечатав всё в плотный конверт, я посмотрела в окно, где над морем уже разливалась золотисто-розовая заря. После вчерашнего шторма волны были спокойными, ласковыми. Кто знает, смогу ли я ещё хоть раз ощутить их ласковую силу?.. Я отвернулась от моря, заставив себя не думать о волнах, о рассветах и о закатах. Не думать о жизни.

Брать меч нет смысла. Кинжал – тоже. Я взяла только нож, спрятав его за голенище сапога, но не особенно рассчитывала воспользоваться оружием. Те, кто утроили появление принцессы-самозванки и три покушения на короля, вряд ли проявят такую неосмотрительность, что не обыщут меня.

Надев берет, я вышла из комнаты и отдала конверт ждавшему меня Капанито."

"– К вечеру передашь письмо королю Рихарду, – сказала я будничным голосом. – Мне надо отлучиться по секретному делу. Поеду один, сопровождения не надо. Если появится моя жена, то запри её, не выпускай ни при каких обстоятельствах, а впустить к ней можешь только короля Рихарда.

В глазах Капанито были тысячи вопросов, но задавать их он не стал.

– Удачи, – сказала я, похлопав его по плечу.

Это удивило моего помощника ещё больше. Обычно принц Альбиокко не был таким сентиментальным.

Я выбралась из дворца и из города потайным ходом, чтобы сообщники аптекаря, которые, наверняка, есть в городе, меня не увидели, оставила коня в пяти милях от апельсиновой рощи, о которой шла речь, и пошла дальше пешком.