Король арены

Могу сказать, что интуитивно чувствую, что Эмгана мне для создания образа идеально подходит, но кто в это поверит? Разве что тот, кто, как и я, десяток лет работал на публику, чутко отслеживая её реакцию на каждое своё движение.

Надо ли говорить, что на следующее утро, отзанимавшись зарядкой со студентами своего корпуса, которые в этот раз удивили меня посещаемостью и своим вниманием, я в темпе добрался до женских корпусов.

Устроился на ближайшей скамеечке рядом с одним из них, прямо у Эмги под окнами.

Взглядом сытого питона я провожал привлекательных девушек, выскакивающих из общаги. Некоторые из них строили мне глазки, ещё толком не накрашенные, а я отвечал им улыбкой, подсмотренной у главы студсовета. Она работает! Эта улыбка косит девиц, как оружие массового поражения!

Я годы отдал, чтобы научиться повторять гримасы и особенности речи. Думаете легко передать знаменитую фразу: — Вы держитесь здесь. Просто денег нет. — И сделать это так, чтобы весь цирк разом грохнул и сполз с сидений от смеха, моментально опознав, что к чему, и о ком речь.

Уже начав беспокоиться, я, поглядывая время от времени на часы главной башни, наконец-то заметил, что за дверями женской общаги, работающими в это время в режиме турникета, наблюдается замершая одинокая фигура.

Знаете, по понятиям этого мира, посещение женского жилого корпуса не многим отличается от посещения мужчиной женского туалета в учебном корпусе.

Теперь представьте себе глаза вахтёрши и отвисшие рты снующих взад-вперёд студенток, когда я туда зашёл и вытащил старосту на улицу, волоча её за руку.

— Ты чо исполняешь? — чисто по-уральски поинтересовался я, лёгкими, но частыми рывками ломая её тщедушное сопротивление.

— Отпусти меня, я боюсь.

— Соберись, тряпка! Иначе я тебя до учебного корпуса буду волочь, как куклу.

— Надо мной будут смеяться…

— Пасть порву, — начал было я, но запнулся, споткнувшись из-за языкового барьера, — Всем.

Про «моргалы выколю» на языке Конто никак сказать красиво не выйдет. Сплошное фли-фле.

Короче, по учебному корпусу мы шли почти что нормально. Я двигался вслед за старостой, с отставанием на полшага, и пытался давить взглядом всех встречных, посмевших глянуть в её сторону. В особо тяжёлых случаях, когда на нашем пути попадалась группа из четырёх — семи хохмачей, я старался изображать взгляд василиска.

Так я и не понял: — то ли я в образ моментально вживаюсь, то ли ещё что, но люди порой реально на секунду — другую замирали, а потом начинали растерянно оглядываться друг на друга.

В аудиторию я зашёл первым, и громко кашлянул. Убедившись, что меня заметили, я сжал кулак на уровне пояса, прикрывая его от старосты корпусом, а потом, изменив зверское выражение лица на улыбку, жестом предложил Эмгане пройти.