Король Ардена

Рэндалл тяжело вздохнул. Он чувствовал, что грядет нечто очень страшное, и вряд ли серебряные побрякушки сумеют защитить его народ. Защитить его должен Рэндалл.

– Если докажем причастность Артура к моему покушению и болезни Эласа, это даст нам право созвать Великий Совет.

– Великий Совет? – с удивлением переспросила Аврора.

– Великий Совет – это собрание всех правителей нашего материка, маленькая княжна. – Тристан даже не удосужился встать после прихода Алистера и других мужчин и продолжал валяться в кресле. – Совет собирают в случае угрозы войны между двумя и более государствами.

– Я знаю, что такое Великий Совет, – проворчала Аврора, насупившись.

– Лорд Грей, прикажите шпионам отыскать людей, которые участвовали в передаче письма Холланда в Арден. – Рэндалл бросил короткий, но весьма красноречивый взгляд на Тристана, и тот едва заметно кивнул. – Холланд, свяжись с людьми из Ордена Теней, которые лечили короля Эласа. Прошло больше двух лет, но, возможно, мы сможем что-то разузнать.

– А что вы планируете делать, пока доказательства не найдены? – спросил лорд Брайан, один из самых верных друзей Райнера Корвина наравне с Алистером.

Рэндалл посмотрел на свои руки. На правом мизинце должен был красоваться перстень с гербом Вейландов, но он потерял его в море. Теперь он должен был вернуть не только перстень, но и титул, чтобы продолжать борьбу не только за свою жизнь, но и за весь народ Ардена. Ему вновь предстоит окунуться в водоворот дворцовых интриг и козней, хитрить и лицемерить самому, лишь бы достигнуть желаемого.

– Я планирую отправиться в Фортис и присягнуть Артуру на верность как будущему королю, – твердым тоном ответил Рэндалл. – В одном я с ним согласен: нам не нужна война, а значит, придется играть по его правилам, пока я не найду на него управу.

Он услышал тяжелый судорожный вздох и оглянулся на Аврору.

– Артур пытался убить тебя, а ты вынужден преклонить перед ним колено? – с горечью и ненавистью прошептала она.

Перед глазами Рэндалла пронеслось воспоминание, как несколько пар грубых мужских рук с силой давят ему на плечи, заставляя опуститься на колени перед надзирателем с раскаленным клеймом в руках. Он вспомнил, как до последнего пытался бороться, но его голову прижали сапогом к земле и не отпускали, пока спину рассекали удары хлыста. Под ребрами неприятно засвербело.

– За два года рабства мне приходилось преклонять колени перед отъявленными мерзавцами, лишь бы спастись, – произнес Рэндалл, не стыдясь мужчин, которые собрались в его кабинете. – Преклонить колено перед братом, чтобы защитить мой народ от возможной войны, – далеко не самое худшее испытание.