Коробка Наказаний

 — Ты же хорошая девочка, верно? — произносит где-то вблизи моего лица. От дыхания Властного я сжимаюсь. Могу ли я отказаться? Не думаю. Я принадлежу ему, в дни, когда проводятся эти чертовы отработки за долги Мирона.

— Да, — отвечаю неуверенно.

— Если тебе станет неприятно или слишком больно, произнеси слово «Красный», — рассказывает мне Захар. — Стоп слово поможет тебе расслабиться и частично контролировать ситуацию. Но помни, я не люблю глупых остановок, это не шутки, а серьезные правила взрослой игры, — продолжает своим манящим хриплым голосом.

— Хорошо, я поняла, — отвечаю и непроизвольно киваю, показывая движением головы жест «да».

На минуту или больше Властный куда-то отстраняется, становится пронзительно тихо.

Так непривычно и одновременно интересно, не видеть ничего вокруг, когда рядом незнакомый человек и он собирается со мной совершать действия интимного характера. По коже пробегают мурашки, в теле блуждают токи напряжения.

Слышу приближающиеся шаги Захара. На секунду задумываюсь, а он ли это?

Что я могу знать, когда перед глазами полный мрак? Довериться в подобном сложно даже близкому человеку, стоит ли говорить про постороннего мужчину, который просто-напросто выбивает свои долги? Я всего лишь его кукла на вечер, не более.

— Встань, — голос Властного убирает сомнения, слава Богу, немного расслабляюсь. По крайней мере это он.

Чувствую как Захар делает вокруг меня круг и издает что-то наподобие рыка. Словно зверь осматривает свою жертву, предвкушая пир, он любит это делать, обратила внимание еще в первую нашу встречу в его кабинете.

— Выглядишь ты шикарно, — рычит и проводит рукой по линии талии. Останавливается сзади и прижимается, ноги становятся ватными. Чувствую, как руками подтягивает мое платье вверх, — подними руки, — отдает приказ. Я послушно повинуюсь. Снимает с меня наряд и я остаюсь в белье. — Я был прав, ты послушная девочка, белое, как я и просил, — произносит довольно.

Руками проводит по моим ногам, останавливается у края чулок и кончиками пальцев проходится по резинке. Тело в томлении. Затем, резко подтягивает одну руку чуть выше и она оказывается на моих трусиках в районе лобка. Становится неловко, потому что я ощущаю как увлажняюсь. Крепкой ладонью, уверенным движением гладит по ткани, продвигаясь вниз по половым губам и произносит, — Охуеть, ты такая мокрая, — дышит тяжело у шеи. — У меня от тебя каменный стояк.

От его сальных грязных слов я завожусь. Не понимаю реакций своего тела, я никогда не слышала такого откровенного выражения чувств к себе, в виде бранных слов, и не предполагала, что мне может подобное нравится.

— Признайся, ты же хочешь чтобы я продолжал, — шипит как змей искуситель.