Сказочный корабль

Раскачивая свое сверкающее оружие, он махнул рукой вперед и закричал:

— Скоро металл столкнется с металлом и прольется кровь! — Ха!.. Но что я говорю! Здесь в битве сталкиваются камень с камнем и дерево с деревом — если, конечно, не считать моего топора из звездного железа! Но что с того? Меня утомили шесть месяцев мира. Я жажду криков войны, свиста копий, грохота острой стали, пронзающей плоть, потоков крови. Я хочу обручиться со смертью! — на губах викинга выступила пена, его глаза сверкали.

— Твинья! — сказал Джо Миллер.— Ты сказал плохо. Ты боишься, да, и прикрываешь это твоим большим ртом!

— Я не могу разобрать твоего бормотанья, — небрежно бросил Кровавый Топор. — Обезьяне никогда не овладеть человеческим языком.

— Ты понял меня хорошо, — Джо сжал огромный кулак.

— Успокойся, — Клеменс положил ладонь на руку гиганта и посмотрел вперед. Милях в двух вверх по течению прибрежные равнины исчезли; горы подступили к Реке, тесня ее. Ширина потока тут не превосходила четверти мили; вода кипела, как в котле, между двух утесов, достигавших высоты трех тысяч футов. На их вершинах можно было заметить какие-то непонятные конструкции, блестевшие на солнце.

Перед входом в теснину расположилось тридцать вражеских галер, образовавших три выгнутые подобно полумесяцу линии. Внезапно они устремились навстречу кораблям норвежцев. Быстрое течение и удары шестидесяти весел стремительно несли вперед легкие суда. Внимательно разглядывая вражеский флот через подзорную трубу, Клеменс заметил:

— Каждый их корабль имеет на борту сорок воинов и две ракетные установки. Мы попали в дьявольскую западню. У наших собственных ракет старая начинка, взрывчатка могла кристаллизоваться от долгого хранения.

— А что там торчит наверху утесов? Машины, которые бросают греческий огонь? — Конунг принял от телохранителя доспехи: трехслойный кожаный шлем, кожаный панцирь, налокотники и щит. Другой воин держал связку метательных копий с кремневыми наконечниками.

Обслуживающая ракетную установку команда из женщин уже поместила снаряд в метательную трубу. Длина сделанной из бамбука ракеты превышала шесть футов; ее начинку составлял черный порох, смешанный с осколками камня, игравшими роль шрапнели.

Джо Миллер отправился вниз за своим оружием; доски палубы жалобно скрипели под весом его восьмисот фунтов. Клеменс надел шлем и забросил за спину щит, — другими доспехами он не пользовался, хотя и боялся ранения; но еще больше его устрашала возможность утонуть в Реке, упав в нее в тяжелом вооружении.

Сэм благодарил неведомых богов, желание или недосмотр которых свели его с Джо Миллером, кровным братом — после того, как Клеменс рискнул пройти болезненную церемонию, которая представлялась ему отвратительной.