Корабль призраков

– Ладно, что-то я с тобой здесь забазарился. Пора и честь знать. У меня еще уйма дел до утра. Не люблю я шума, но ведь ты от ножа помирать не пожелаешь. Будешь сопротивляться.

– А вы попробуйте, – обмирая от страха, сказала я.

– И пробовать не буду. Не люблю такие эксперименты…

Он вытащил из-за пазухи пистолет, снял предохранитель и передернул затвор. Теперь нужно попытаться, Ева, попытаться, девочка, хотя бы попытаться… Я ударила носком ботинка ближайшую ко мне коробку, упала на пол и молниеносно подхватила с пола “мартышку” – длинную железную рогатину для закручивания вентилей. Макс стоял не так далеко от меня, но среагировал мгновенно. Прогремел выстрел…

Он промахнулся. Я осталась жива. И доли секунды хватило на то, чтобы с силой ударить его “мартышкой” в живот. Такого поворота он не ожидал. Макс согнулся пополам и выронил пистолет. Но и я упустила свой шанс, я не дотянулась до оружия. Теперь все…

Конец."

"Я могу сопротивляться, я хорошо помню приемы, которым учили меня когда-то… Но он боец, демон припортовых кабаков, он сильнее меня и в два раза тяжелее… Я не продержусь долго, не продержусь, не продержусь… Мы с Максом сцепились, как две бойцовые собаки, мы катались по ледяному полу и хрипели… Я чувствовала, как уходят силы, еще несколько минут, и он окончательно одолеет меня… Я больше не могу… Пусть все кончится сразу.

Пусть.

Я отпустила Макса и вдруг почувствовала страшное облегчение. Чувство облегчения не исчезло даже тогда, когда ледяные пальцы Макса сомкнулись на моей шее.

Когда ледяные пальцы Макса начали сжимать мою шею, прогремел выстрел. Это было так неожиданно, что Макс ослабил хватку, почти отпустил меня. Мы оба повернули голову на звук выстрела.

Перед нами стояла Карпик. В руках она держала пистолет Макса. Дуло еще дымилось. Должно быть, она выстрелила в воздух.

– Карпик! – выдохнула я. И мой голос слился с голосом Макса, который тоже назвал ее по имени. В этом голосе было столько нежности и столько тоски, что я внутренне содрогнулась.

Она переводила взгляд с меня на Макса и снова – с Макса на меня. Лежа на холодном полу, мы молчали. Мы даже отстранились друг от друга, чтобы не мешать ей сделать выбор. А она выбирала, это было видно.

Макс, который всегда прав; Макс, который сделал ей такую шикарную татуировку; Макс, который всегда защищал ее; герой любимых романов, воплощение силы, в которой всегда можно укрыться…

И Ева – добрая Ева, которая все понимает; Ева, которая должна была возвращаться с ее отцом одним самолетом; Ева, которой прокололи палец булавкой в знак вечной дружбы; Ева, которую так хорошо обнимать за шею и которая может так запросто сказать: “Карпик, ты ведешь себя как beast”…

Она все еще не могла решиться. По ее лицу текли слезы.