Корабль из прошлого

Костя с невозмутимым видом сидел на диване в просторной гостиной на первом этаже, разглядывая большой портрет своего деда, висевший над камином. Ему всегда казалось, что старик наблюдает за всеми с холста, хитро прищурив маленькие злобные глазки. Это он, Вадим Комиссаров, построил этот особняк, и рыбозаводом тоже он владел до того, как предприятие досталось его сыну Николаю.

Дед был баснословно богат, но умер еще до рождения Кости, о чем парень частенько жалел. Ему казалось – будь старик жив, он обожал бы своего единственного внука и не вопил на него по пустякам. Рассматривая изборожденное морщинами стариковское лицо, Костя вполуха слушал вопли матери. Поорет и перестанет. Главное – не подливать масла в огонь.

Все их с Андрюхой преступление состояло лишь в том, что они подобрали в кафе этот злополучный судовой журнал и отнесли его в ломбард! А мать даже не обратила внимания, вообще пропустила мимо ушей то, что мерзкий старикашка в растянутой кофте целился в них из пистолета! Это страшно бесило парня.

Не выдержав в какой-то момент, Костя вскочил с дивана, взбежал по лестнице к себе, в свою комнату, и с грохотом хлопнул дверью. А чтобы мать не ворвалась следом, заперся изнутри.

Но Виктория, как ни странно, рваться к сыну не стала. Вместо этого она отправилась в кабинет отца, расположенный на втором этаже в левом крыле особняка и попросила прислугу накрыть там чайный столик на три персоны.

Костя слышал ее охрипший, усталый голос, стоя за закрытой дверью. Точно! Он совсем забыл, что старуха Анаит напросилась к ним в гости, да еще хотела кого-то с собой привести. Интересно, что они собираются обсуждать в такое позднее время? Дорого бы он дал, чтобы подслушать разговор.

Внезапно Костику пришла отличная идея.

Весь второй этаж особняка Комиссаровых опоясывала длинная галерея с узорчатыми перилами, увитыми плющом. Костя запросто мог выбраться из окна своей комнаты, обогнуть по галерее весь дом и подкрасться к окну кабинета. Из-за вечерней духоты все окна в доме открыты, так что он точно все услышит, а может, и увидит чего-нибудь.

Больше все равно делать нечего. Спать еще рано, а покидать дом мать строго-настрого запретила. Открыв окно, Костик перебросил ноги через подоконник на галерею.

* * *Виктория Комиссарова с трудом взяла себя в руки. Выходки сына в последнее время раздражали ее все больше. Проклятый мальчишка совершенно распустился. Он не хотел учиться, не хотел работать, мечтал лишь развлекаться и путешествовать, транжиря отцовские деньги. Ох, если бы он только знал, на что ей пришлось пойти, чтобы обеспечить ему безбедное существование. Может, почувствовал бы хоть какую-то благодарность?

Встреча с мадам Анаит пугала и волновала Викторию. Она знала старуху уже много лет, и та всегда внушала ей страх.