Корабль Джоре

Илью увидел среди своих товарищей с калашом за плечами и разгрузкой на поясе.

— Элька! — с криком он бросился ко мне и я радостно его обнял, а вокруг все мужики довольно улыбались, их пришелица *эльфийка* с ними.

Я стоял на самой окраине Москвы и смотрел в бинокль на войска остановившиеся на расстоянии киллометров двадцати от окраин. Они разбили лагерь и не спешили войти в город для *умиротворения* восставших. Почему тоже было понятно, они боялись потерять над ними управления, как только они войдут в поле действия нейтрализатора. Со мной рядом стояли Семичастный Егор Петрович и его друг Калюжный Владимир Николаевич, оба стоящих сейчас рядом со мной два человека стали для меня очень дороги, как и я им. Мой эспер тревожно звенел колокольчиком и мое беспокойство передалось и им. И поэтому мы здесь, на самой окраине.

Как будто я хотел увидеть противника и понять его дальнейшие действия.

Рассвет над городом принимал багровые тона, как будто сама природа хотела предупредить людей о надвигащейся беде.

Внезапно послышался гул, содрогнулась земля и все потонуло в яркой вспышке.

Это ящеры привели в действие операцию *возмездие*. Так дроны- разрушители, выведенные Искином из кафе, охраняющие вход в портал, поднявшись на антигравах контролировали все небо над городом и сбивали все летающие объекты, не подпуская никого близко. На такие случаи у рептилоидов в каждом большом городе существовали закладки с термоядерными зарядами. В Москве их было десять…..

Из беспамятства выплывал тяжело и муторно. Веки никак не хотели подниматься.

Броневой заслон век надежно закрывал глаза от яркого света медицинского отсека корабля. Но наконец благодаря усилиям открыл глаза и все не мог понять где я?

И тут все вспомнил и что я Эльвиолла и своих родных и близких, и последний бой с ящерами в центре Москвы.

И яркую вспышку термоядерного взрыва, в которой потонул многомиллионный полис.

— Ну здравствуй Александр! — доброжелательно послышался голос Искина — я вижу ты начинаешь приходить в себя.

— Малой? Это ты? — прошептал я.

— Я Саша это — опять послышались благожелательные нотки Ии.

— Малой, а как же мои, надо их срочно сюда забрать из бункера — вдруг всполошился я.

— Так Саш, есть хочешь? — вместо ответа спросил Искин. Получив мой утвердительный ответ, он сказал — сейчас иди принимай душ и встретимся в столовой, хорошо?

Принимая душ я обратил внимание, что грудь у меня совершенно плоская и между ног все болталось как и положенно у всех мужиков, и глянув в зеркало увидел свое прежнее лицо. Хм, значит я опять в своей мужской ипостаси. Это хорошо.

В столовой меня уже ждала голограмма Искина и когда я ему сказал, что в первую очередь надо всех вытащить из бункера, а жрать будем потом.