Копия моего мужа

Когда я дочитываю книгу до последней страницы, чтобы узнать, чем закончилась эта увлекательная история, то слышу твердые шаги в коридоре.

Рустам вернулся. Сердце учащенно стучит, пульс ускоряется, а ладошки становятся влажными. Я резко захлопываю книгу, делаю тише ночник и забираюсь в постель, притворяясь, что сплю. У меня нет желания с ним разговаривать. Да что там… у меня нет желания разговаривать даже с собой. Хочется забыться, стереть некоторые события из своей жизни как страшный сон. Я сломлена. Я — лишь оболочка от прежней Леры. И больше всего на свете мне не хочется, чтобы Тахиров видел меня такой.

Шаги становятся отчётливее, приближаются к нашей комнате. Слышится негромкий стук в дверь, который я, конечно же, игнорирую. Нам не о чем говорить. Кажется, что блядство в семействе Тахировых находится в крови."

"После нескольких секунд молчания я думаю о том, что Тахиров должно быть ушел, но, дверь неожиданно приоткрывается, и Рустам заходит в нашу комнату. Я забываю, как дышать. Лежу и боюсь шелохнуться. Кажется, что только моё собственное сердцебиение выдает меня с потрохами — слишком громкое, частое и болезненное. Я сильнее зажмуриваю глаза и непроизвольно вдыхаю приятный запах его парфюма.

Тахиров подходит к детской кроватке, поправляет малышке одеяльце и несколько секунд подряд на неё смотрит. А я ненадолго приоткрываю глаза и подглядываю. Потом он плавно поворачивается в мою сторону, заставляя меня вновь притвориться спящей, находит у моих ног тонкий плед и заботливо прикрывает им моё тело.

Мне настолько тошно и гадко, что я не могу пошевелиться с места даже после того как он уходит из нашей комнаты. Я дезориентирована, запуталась, потерялась… Поэтому, когда мои веки наливаются свинцовой тяжестью я с радостью проваливаюсь в царство Морфея.

Глава 28

Я больше не знаю во что я верю. Кому верю, чему верю. Всё, чем я жила раньше сломалось и рассыпалось, словно песочный замок. Моя безоговорочная вера в Тимура и нашу любовь знатно пошатнулась. Вокруг стало столько лжи и обмана, что хочется спрятаться в защитную оболочку и уснуть там навсегда, но громкий жалобный крик дочери заставляет меня очнуться. Сейчас не время, я нужна ей. А пока я кому-то в этой жизни нужна — я буду жить вопреки всему.

Я прижимаю малютку к себе и протягиваю ей бутылочку со смесью. Надюшка пьет молоко жадно причмокивая и смотрит на меня своими темными глазёнками из-под длинных кукольных ресниц. Смотрит так душераздирающе, что всё, что раньше казалось отмерло внутри меня, вновь возрождается и восстает из пепла.

После приема пищи мы ещё немного играем, но спустя час дочка опять засыпает. А я, пользуясь моментом, достаю мобильный и набираю номер Иракли.