Копия моего мужа

— Какая сумма тебя устроит? — спрашивает помощница Тахирова, когда я предстаю перед ней в излюбленных джинсах и пушистом розовом свитере.

Похожа на воздушную зефирку, но мне нравится.

— Говори чётче, я не понимаю о чём ты.

— Я готова заплатить тебе денег, только бы ты убралась отсюда, — поясняет Вика. — Я прекрасно понимаю, что здесь тепло и хорошо. Кормят, ухаживают, словно за маленькой. Но я же вижу, каким ненавидящим взглядом ты смотришь на Тахирова. Просто назови сумму, и мы договоримся полюбовно.

Если до этого момента я хотела добровольно свалить из особняка Рустама, то сейчас во мне разыгрался… азарт. До чёртиков хочется проучить Викторию Леонидовну и показать ей, что не всё бывает так, как ей того хочется. Да и брать от неё сумму денег я бы не осмелилась. Слишком она скользкая и вызывает у меня только неприязнь.

— Это исключено, Вика, — вытираю полотенцем влажные волосы и смотрю на её лицо в отражении зеркала.

Она красивая женщина. Правильные черты лица, ровный тон кожи. Заостренный нос и чуть пухлые губы, наверняка сделанные такими с помощью гиалуроновой кислоты. Она вскидывает голову вверх и переводит на меня свой взгляд. В глазах читается досада и злость от того, что ей посмели отказать.

— Я работаю на Рустама Ильдаровича уже четыре года. Четыре года служу ему верой и правдой, выкладываюсь как могу, только бы заслужить его внимание. И тут появляешься ты… — её лицо кривится от презрения. — И всё внимание Тахирова отныне принадлежит твоей персоне, а я обязана выполнять твои мелкие приказы и терпеть твой характер, делая вид, что мне есть до этого хоть какое-то дело.

— Ты можешь отказаться, — отвечаю резко. — Мне тоже не очень-то приятно с тобой контактировать.

— Тахиров считает, что раз я одного с тобой пола и у меня есть ребёнок, то я должна понимать ситуацию как никто другой. Но ничего подобного, — она отрицательно мотает головой и вновь переводит взгляд в окно. — Просто назови, мать твою, нужную сумму или я вытравлю тебя отсюда без гроша за душой.

Я крепко сжимаю расчёску в правой руке и приближаюсь к Вике.

— Проваливай отсюда, — злобно рычу в её сторону. — Я не боюсь твоих никчемных угроз.

Виктория переводит взгляд то на меня, то на расчёску с острым наконечником в моей руке. Наверное, мои глаза выглядят слишком ошалелыми, потому что помощница Тахирова резво вскакивает с места и пятится к двери.

— Сумасшедшая какая-то! Ты ещё пожалеешь о том, что не ушла отсюда добровольно!

Она скрывается за дверью, а я так и продолжаю стоять с расческой, словно оружием, в руках.

***

После завтрака выхожу на прогулку. Хожу по просторной территории, чувствуя, как болезненно схватывает живот. В последние дни для меня это стало нормой. В кармане лежит мобильный на тот случай, если позвонит Иракли.