Копейщик

Вы мне очень помогли, жаль нет времени познакомиться с вами получше, — пока мастер на ходу объяснял ей как в будущем обратно «сшить» разделенные объемы образов в единое целое, Ольха быстро попрятала камни по карманам и выскользнула из комнаты.

В доме она уже успела немного освоиться. Прошла по темному коридору и выглянула в тускло освещенное помещение с прилавками. Продавца само собой здесь сейчас не было. Егер и Рибус стояли перед входной дверью, однако открывать ее не торопились. В дверь долбили не переставая.

— Кто там, леший возьми, ломится в дом честного налогоплательщика? — Рибус великолепно изобразил осипшего со сна человека, только что поднятого с кровати.

От этих слов стук в дверь только усилился.

— Именем закона, откройте, — тут же донесся из-за двери голос, властный, привыкший отдавать приказы. Однако, Рибус слабины не дал.

— Это какой еще закон предписывает будить по ночам честных людей?

— У вас скрывается подозреваемый в крупной краже, я буду ломать дверь.

— Под нашей охраной в доме находится человек, наделенный дипломатической неприкосновенностью его величества, — крикнул Рибус через дверь, — А, следовательно, неприкосновенен и сам дом. Вы будете отвечать за самоуправство.

Угроза подействовала. Долбежка прекратилась. За дверью теперь слышался только плохо различимый бубнеж, — по всей видимости, там начали переговариваться, определяясь в дальнейших действиях. Дядя Рибус иллюзий не питал, понимал, что получил лишь небольшую передышку. Вместе они вышли в коридор.

— Дело плохо, — сказал он, обращаясь к Ольхе, — Они явно играют на опережение, даже если каким-то чудом мы доберемся до причала, выйти в море нам не дадут.

— Скажите, а есть из дома другой выход? — спросила она.

— Обижаете, княжна, — Рибус улыбнулся, хотя и вымученно, — Вы все-таки находитесь в доме контрабандиста. Хухля вас проведет. Егер хорошо знает город, он пойдет с вами и придумает, где вам укрыться.

— Если только Егер владеет могией скрыта, иначе он будет обузой, — неожиданно возразила Ольха.

Похоже Рибус совершенно не ожидал подобного возражения, а к тому еще и на самом деле обиделся:

— Егер, вообще-то, — воин, а не лазутчик, — его слова прозвучали довольно сердито.

— Тогда мне лучше пойти одной. А я, уж что-что, в прятки играть умею.

Рибус недоуменно посмотрел на воина-ежа, будто бы ища у него поддержки, но тот только пожал плечами.

— Тогда решено, — Ольха попыталась изобразить уверенность в своих силах, которой на самом деле не ощущала, — Спасибо вам за все.

— Не знаю, за что вам меня благодарить, — Рибус явно был раздосадован. Отпускать Ольху одну ему не хотелось, — Я так для вас ничего и не сделал.

— Что вы, Рибус. Вы сделали очень много.