Координата поврежденности

И мне все равно, против ты или нет! – И с этим словами заботливый засранец скинул вызов, а Мин даже не успел ничего возразить.

Он выдохнул. До чего неконтролируемый и наглый парень! «Зато его не похищают психопатки», – прозвучал в голове голос, и не оставалось ничего, как в очередной раз признать, что все произошедшее – его вина. Глотать последствия собственного провала – несомненно, одно из самых неприятных чувств, которые Мину довелось испытывать. Куда удобнее винить других, а вот знать, что ты сам еще тот кусок дерьма – не столь приятно.

Мин открыл еще одно имя в списке контактов – Мара. Да, придется разобраться с мерзавкой. Теперь ему требовалось узнать полную версию о «заказе Наны», которая ранее была ему без надобности, ведь отец собирался взять ситуацию с девушкой под свой контроль, однако тот не знал всего, что стоит за этим. Даже если родители Наны согласятся сотрудничать, дети всегда находят способ упрятать от старших какую-то часть своей жизни. И о ней можно узнать лишь у них – молодежи.

Мара, в отличие от Беста, не забросала его тоннами встревоженных сообщений, а написала гневное:

За ним на следующий день последовало еще одно:

А несколько часов назад пришло последнее сообщение с прикрепленной к нему ссылкой. И теперь нужда кликать по ней отпала – он знал ее содержимое.

Эгоистичная дрянь! Мина переполняло желание скрутить девушке шею. Хотя ничего удивительного, что Мара беспокоится о себе. Они поэтому так отлично и ладили, ведь оба были эгоистами, которые не мешают друг другу и не лезут в то, что не касается их лично. Только общая выгода объединяла их цели.

Буквами не удалось бы передать весь тот яд, что сочился из него в данный момент, поэтому он записал голосовое:

Он немного преувеличил, тем не менее ему хотелось, чтобы Мара почувствовала хотя бы малую долю его недавнего страха. Ведь ее по-настоящему могла всполошить лишь угроза собственной безопасности.

После голосового ему немного полегчало. Когда он оказался дома, чтобы наконец узнать номер Лайта и связаться с тем, то заметил, что отец также вернулся. А ведь стояла середина дня, и в такое время увидеть Вонграта-старшего в этих стенах казалось немыслимым. Но мужчина как ни в чем не бывало спокойно сидел в гостиной с чашкой кофе в руках. Как только он его заметил, скупо изрек:

– Информация все же просочилась в прессу.

А затем устремил на сына коронный холодный взгляд, преследовавший Мина чуть ли не всю жизнь, который требовал от него объяснений. А потом исчезнуть с глаз долой.

– Сплетни – это все, что они получат, – продолжил отец. – Я договорился с полицией о неразглашении подробностей дела в связи с хрупким психическим состоянием девушки. – Мин мысленно отметил, что прилагательное «хрупкий» к Нане уж точно не применимо.