Координата поврежденности

Я не хочу обманывать тебя, когда осознал чувства к другому человеку.

Лишая слова определенности и точности, он пытался сгладить углы весьма непродуманной лжи. Мин посмотрел на парня, который не шевелился в его руках, и лишь расширенные зрачки выдавали чужое возмущение. Он решил, что объятия для спектакля достаточно, поэтому выпустил Лайта из обременительной для обоих хватки.

– Не могу поверить… Ты гей?

Лайт наклонился и собрал вывалившиеся вещи обратно в сумочку, после чего осторожно протянул ее Нане. Она схватила сумку, не выразив даже намека на признательность. Такие люди не говорят «спасибо». Ей всегда все подавали, приносили, всячески ублажали. Она даже не осознавала, что сейчас не окружена никем из обслуживающего персонала, поэтому ей помогали по своему желанию, а не по долгу.

– Теперь понимаешь. Тебе все же лучше вернуться домой. Мы поговорим позже, если тебе это еще нужно, – подытожил Мин.

Нана вздернула подбородок, окинув их испепеляющим взглядом, и, прежде чем повернуться на каблуках, обстреляла шквальным огнем оскорблений его мнимую ориентацию на английском.

Этот день длился вечно и становился все хуже и хуже. Мину захотелось позвонить Маре и сказать, что он больше не участвует в ее махинациях. С него хватит! Теперь пришлось даже прикинуться геем, чтобы спастись. Хотя это была не самая ужасная ложь в его жизни. Данные слова ничего для него не значили, и даже оскорблением в его глазах не считались. Разве это хуже, чем быть вечным сожалением? Мин лгал себе ежедневно, просыпаясь и проживая очередной день. Ложь на протяжении десяти лет тенью преследовала его на каждом шагу.

– Эй, нужно обработать порез, – прозвучал голос стоящего рядом парня. Мин, как и прежде в кабинете отца, прикрыл глаза, выдохнул и только после этого посмотрел на Лайта.

– Ты ничего не видел, – он обвел парковку рукой, голос звучал резко и беспощадно.

Парень покорно кивнул.

Мин сел в машину, и, посмотрев в зеркало, выматерился. Царапина оказалась глубже, чем он предполагал. Злость усилилась, а Лайт тем временем плюхнулся на соседнее переднее сиденье прежде, чем он успел сказать, чтобы проваливал на заднее.

– Нужно обработать, – повторил тот, как попугай, и вытащил из небольшой сумки все необходимое.

Нет, Мин представлял, что доктора должны всегда быть готовы оказать первую помощь, но то, что этот выглядящий едва совершеннолетним мальчишка хочет помочь ему, казалось до нелепости абсурдным.

– Все студентики-медики такие напористые? – Он вырвал из чужих рук антисептик и упаковку ватных палочек, и вытер кровь, замечая, как кожа вокруг пореза вздулась и покраснела.

– Многие из тех, кого я встречал, достаточно напористы.