Конунг Туманного острова (СИ)

А к тебе я и сама собиралась заглянуть, да все недосуг. Я жду своего духовника, он скоро прибудет. А так… Дела и заботы королевские, сам понимаешь.

— Неужели встречи с купцами и ремесленниками для тебя важнее дел божьих? — брезгливо спросил Гонорий. — Я наслышан об этих разговорах. Они весьма странные для дамы твоего положения. Впрочем, я пришел не поэтому. В нашем королевстве принят закон, запрещающий язычество. Ты знаешь об этом?

— Тот, кто его принял, убит моим мужем, — холодно ответила Леутхайд. — Нет такой силы, чтобы провести его в жизнь. Это невозможно, святой отец. Этот закон умер не родившись.

— Ты говоришь как язычница, — нахмурился епископ. — Королева Эмма и законная! — Гонорий со значением посмотрел на Леутхайд, — законная жена короля Сигурда Энсвита будут против его отмены.

— Королева Эмма поедет в Пуатье, в монастырь Святого креста, — парировала Леутхайд. — И случится это ровно в тот день, когда закончатся зимние шторма. А что касается королевы Энсвиты, то если она еще раз откроет свой маленький ротик, то ее накажут хворостиной, как напроказившего ребенка. Вы должны понимать, святой отец, что в армии моего мужа все без исключения почитают Тора и Одина. Если мы попытаемся настаивать на выполнении этого указа, то нас попросту убьют.

— Кантваре — христианская страна! — почтенный старец почти закричал. Его лицо побагровело, и во все стороны полетела слюна. — Я сорок лет трудился, чтобы настал этот великий день! Мы первые, кто запретил почитать идолов из всех королевств Британии! Ты не сможешь разрушить дело всей моей жизни! Сам папа римский Григорий послал меня сюда.

— Скажи мне, отче! — Леутхайд слегка наклонила голову набок и смотрела на беснующегося старца с легким любопытством. — Ты хочешь стать святым?

— Не мне решать такое! — с удивлением посмотрел на нее Гонорий. — Но это стало бы для меня величайшим счастьем! Пока я не считаю, что мои скромные труды достойны такой награды.

— Это легко исправить, — с милой улыбкой сказала ему Леутхайд. — Выйди из этой комнаты и подойди к стражнику. Его зовут Олаф Рыбоед. Сорви с его шеи амулет с молотом Тора и плюнь на него. А потом скажи, что Тор — языческий демон и только Иисус — истинный бог.

— За… зачем? — с ужасом посмотрел на нее Гонорий.

— Как зачем? — изумилась Леутхайд. — Затем, что это истинная правда. Разве не ее ты должен нести людям? Олаф тебя зарежет, а я на свои деньги построю церковь в твою честь! Я обещаю, тебя канонизируют очень быстро. Мы договоримся с епископами франков. Даже церковный собор для этой цели соберем. Святой великомученик Гонорий. Как тебе? Ведь ты же мечтаешь об этом!

— Я не стану этого делать, — епископ с трудом проглотил тягучую слюну.