Конунг Туманного острова (СИ)

Если мне заплатят как следует, я не трону в Кенте ни одной бабы. Даже если они все сами разденутся, лягут и раздвинут ноги. Я сделаю, как ты сказал, конунг, но я сам выберу себе землю! Мне не нужны болота или косогоры. Я возьму добрую пашню и сочные луга около реки. Я хочу, чтобы мой старший брат (3) подавился слюной от зависти!

— Выходим завтра! По последней! — Сигурд поднял кубок. В город как раз успели подвезти новую партию вина.

Глупая смерть предателя Хонзы надолго погрузила в задумчивость господина майора государственной безопасности. Именно такое звание носил сейчас Коста, который с немалым интересом прочитал пергамент, украшенный затейливыми вензелями и оттисками печатей. Это был патент, выписанный на его имя. В Братиславе государь провел какую-то реформу, и теперь многочисленные дьяки и подьячие, стрелки старшие и младшие, дознаватели и палачи, сыскари и егеря, да и прочий служилый люд расселся по жердочкам, словно воробьи по веткам. Кто-то выше, кто-то ниже. Коста дивился мудрости содеянного. Ведь до чего умен государь и предусмотрителен. Это ромеи разбили всех на разряды, но там у них должностей столько, что черт ногу сломит, а тут коротко и ясно — майор! Одна средняя звезда на жетоне. Коста даже грудь тощую выпятил, ведь сам Вацлав Драгомирович чин подполковника носил, боярин Ворон — полковника, а генерал в Тайном приказе был и вовсе один — вельможный боярин Горан.

Теперь и с приезжими сыскарями куда легче общаться стало, ведь среди них оказался всего один капитан, а трое других — и вовсе лейтенанты. А то ведь поначалу носом крутили, пытаясь поставить в стойло наглого провинциала. Что, мол, с того, что ты тайной службой целой префектуры командуешь! Мы из столицы, а значит, как бы выше тебя, потому что… Потому что из самой Братиславы приехали, и точка! Как будто это еще кому-то ума добавило. Сколько кровушки они из него попили, и не передать! А теперь сидят гуси столичные и преданным взглядом на начальство пялятся. Коста ведь даже жетон сегодня как бы невзначай поверх туники надел. Пусть смотрят и завидуют. Молча завидуют, пёсьи дети.

— Начинайте, — важно кивнул Коста командиру группы сыскарей, носившему имя Лев. Грек — слуга богатого торговца, бежал когда-то из купеческого обоза и довольно быстро сделал карьеру в Тайном приказе. Ибо въедлив был и упорен просто неописуемо.

— Пан майор, — Лев докладывал четко и коротко, не пытаясь водить начальство за нос. — Мы отработали все нити, которые смогли отследить после мятежа. Против нас работают люди умные, поэтому концы зачищены. Всех, до которых мы дошли, убили. Все трое зарезаны в один день в разных концах города. Имена их установлены.

— Они работали вместе? Они были знакомы? — спросил Коста, для которого все это не было новостью.