Контрольная схватка

Я думаю, что командиры частей на этом участке предупреждены, что здесь работает диверсионное подразделение.

– Так, уже лучше! – похвалил Коган. – Продолжай, покупай себе жизнь! Назови пароль!

– Onkel Albert bat mich, sich um Bert zu kümmern [2], – выдавил из себя диверсант и опустил голову.

Когда Коган, вытирая потный лоб платком, подошел к нам, выглядел он так, будто все это время копал траншею. Уставший, вспотевший, но довольный. Борис подошел к карте, встал рядом с Буториным и, глядя на карту, стал пересказывать все, что произошло во время допроса. Мы молча слушали, хмурясь все больше. Значит, не всю банду мы перебили, значит, угроза еще существует. И нет гарантии, что Фрид-Федорчук бросился к своим хозяевам передавать документы. Мог и отправиться выполнять другой приказ – взорвать какой-то склад.

– В чистом поле складов не строят, – сказал Буторин, проведя пальцами по карте. – Склады устраивают обычно там, где существуют подходящие помещения или здания уже не один десяток лет. Где к ним уже давно есть подъезды. Я имею в виду то, что это склады действующие и еще не вывезенные на восток.

– Какие склады могли еще не вывезти при приближении фашистов? – поднял палец Сосновский. – Те, что являются военными складами и предназначены для снабжения действующих частей. Склады дивизий и корпусов. Не ниже рангом.

– Но все же он мог и отправиться передавать документы, – напомнил я, – какому-то командиру одной из частей вермахта в удобном для этого месте. «Трое суток», он сказал?"

"– За трое суток по хорошей дороге и в мирное время можно уехать на две тысячи километров, – пожал плечами Сосновский. – Давайте попробуем сделать акцент на военное время, обстрелы, бомбежки, опасность встречи с нашими солдатами и почти полную невозможность использовать дороги для передвижения на автомобиле или мотоцикле. И на какое расстояние он сможет уйти за это время в наших условиях?

– Во-первых, Фриду нужно покинуть этот район, – начал загибать пальцы Буторин. – А он знает, что его группа почти уничтожена, о ней знает наша контрразведка и его ищут. Тем более контрразведка знает о документах, которые он несет с собой. Значит, он должен одним броском уйти подальше и затаиться, осмотреться, выбирая направление на нужное ему место для контакта с командиром определенного или любого немецкого подразделения. В любом случае это займет уже сутки.

– Я бы сказал, что он именно затаится, чтобы понять, какие мы предпринимаем действия, – возразил Коган. – Рваться сразу из этого района – означает действовать наобум. Фрид не такой человек, он наобум не действует. Я даже сомневаюсь, что в его планы вообще входит возращение к своей группе. Точнее, к остаткам своей группы. И фразу про трое суток я бы не стал воспринимать всерьез.