Академия контролируемой магии

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? – Ректор имел полное право мне тыкать, но приглушённом освещении кабинета выглядело это не очень. Не очень прилично так точно. – Академические лекари, конечно, многое могут, но с таким они вряд ли сталкивались.

– Таким? – вскинулась я. – Вы знаете, что это было за заклинание?

– Догадываюсь, но вам это знание ничем не поможет. Идёмте.

Оллэйстар подошёл к единственной двери в кабинете и распахнул её во всю ширину проёма.

– Прошу.– Вот только вместо спальни передо мной оказалось что-то вязкое, тёмное и как будто живое. И идти через это не было никакого желания. – Если боитесь, можете остаться здесь, – насмешливо добавил Оллэйстар, когда я осталась стоять на месте.

Остаться… сейчас же.

Я резко выдохнула и быстрым уверенным шагом вошла прямо в это нечто. Правда, не удержалась, зажмурилась перед тем, как лицо коснулось пусть магической, но всё-таки жижи.

Ещё шаг, и каблуки ударились о деревянный пол.

Здравствуй, кабинет ректора.

Открыв глаза, я увидела знакомый уже книжный шкаф, стол и паркет. Хлопок закрывшейся двери заставил обернуться.

– А это… – я кивнула на дверь, через которую мы зашли. Ту самую, которая вернула меня в прошлый раз в собственную спальню. – Это ведь артефакт?

– Вроде того. – Оллэйстар снова взялся за ручку. – Должны же быть у ректора хоть какие-то привилегии, – весело хмыкнул он.

– А как она работает? – не обращая внимания на его насмешливый взгляд, я подошла к деревянному полотну.

Осмотрела с одной стороны, с другой, но ни обычное, ни магическое зрение ничего не видело.

– Можем вернуться, и я покажу наглядно, – явно дразня, предложил Оллэйстар, подняв бровь.

Может, я и любопытна, но не настолько.

– Спасибо, обойдусь, – разом потеряла я интерес к артефакту и уверенно шагнула в проём.

Глава 23

За мной негромко захлопнулась дверь, но я не обернулась – и так понятно, что за ней будет привычный коридор общежития вместо непривычного ректорского кабинета. Взгляд наткнулся на тёмную обложку и золотистые витиеватые буквы.

Проклятие Даруана.

Вздохнув, я села на край кровати.

Не знаю, с чего началась эта война. С первого сумасшедшего стихийника? С первого разрушенного им города? Или с первого императорского указа о казни? Прилюдной казни, которая ещё каких-то сто пятьдесят лет назад регулярно развлекала народ. Спасибо Бартолду II и его особой беспощадности к врагам, внутренним и внешним."

"Но стоило Алемдару Оришанскому, сменив жестокого отца, взойти на престол и первым же указом он запретил казнить стихийников. И одним этим завоевал любовь столичных жителей – мало кому понравится, что тебя заставляют смотреть на показательное отрубание головы.