Брачные контракты

Это предназначалось для бутылок с игристыми винами, вот здесь были ушки и к ним крепили большие атласные банты. Внутрь такого сосуда обычно кладут лёд на дно и в него немного закапывают бутылку вина из Мирны. Знаете, то, которое пенится. Ну и не довезли в целости, из четырёх – три ушка откололись в дороге. Вы же понимаете, грузчики, они такие…

Я потрогала пальцем края – не критично. Конечно, можно порезаться, если быть неаккуратной. Но я не порежусь.

— И сколько такое будет стоить?

— Милая кир, вы, должно быть, не поняли — у меня нет такого целого!

— Я прекрасно поняла, почтенная ман. Но меня интересует цена именно на вот это, со сколами.

Удивлённая хозяйка немного помялась, понимая, что если не куплю я – это будет для неё чистый минус. Вряд ли ещё кто-то заинтересуется побитой посудой. И, в конце концов, назвала цену. Очень приятную для моего кошелька. Наверняка, в минус себе, но так она вернёт хоть что-то. И ещё я приобрела относительно недорогую вазу из такого же белого стекла, как и ведро. Она приглянулась мне тем, что рисунок у неё был только на одном боку. Такие вазы ставят или в ниши, или в углу комнаты. Кир Лисса всё это время стояла, слегка поджав губы, и не вмешивалась в разговор. Но когда мы ехали домой, не выдержала и спросила:

— Кир Стефания, правильно ли я поняла, что вы собираетесь подавать на обед игристое вино?

— Нет, кир Лисса, не собираюсь.

— А зачем вам понадобился целый горшок чёрной краски и мотки разной бечёвки?"

"— О, это для украшения моего зала… – я уже открыто хихикала. – Вы обязательно оцените это сами, кир Лисса, только уже в день Равновесия.

На этом разговоры и закончились. Про себя я, немного ехидно, думала, что пусть Лисса помается от любопытства. А у меня дома есть замечательный медный подсвечник, весь зелёно-бурый от старости. Конечно, он покорёжен и пользоваться им уже нельзя. Но что мне мешает разобрать его на детали? А если обычную бечёвку пропитать чёрной краской, то прямо на зеркале, по краям, можно выложить рамку, которую в двух шагах никто не отличит от кованой.

Горничную пришлось перевести на чердак, благо, ещё осенью, во время ремонта, его утеплили, и Сета не будет мёрзнуть. Недовольства она не проявила. С тех пор, как Таня перебралась к кир Лиссе, она осталась в комнате одна, сама себе хозяйка. Конечно, второй этаж менее удобен, чем первый, зато там мы смогли поставить ей большой стол для раскроя тканей и вбили в стену специальный крюк для лампы – можно сидеть и вышивать вечерами. Жмотиться я не стала – стены чердака обили тканью, пусть и не дорогой, зато новой.

Мебель доставили только за день до праздничного дня. Вместе со стульями привезли и маленький диванчик, всего на двух человек, и пару лёгких кресел. Подушки мне спешно нашила Сета.