Малыш по контракту

Новый приступ турбулентности заставляет меня выбежать на улицу без куртки. Может быть, хотя бы осенняя прохлада заставит немного уняться эти позывы, которые снова накатыают и накатывают без конца. В попытке отдышаться ухожу как можно дальше от крыльца. Перед глазами периодически накатывают «слепые пятна», за которыми ничего не видно.

Выворачивает практически постоянно, но это пустые позывы. Я просто стою, держась за железную ограду с облезшей краской, пытаясь дышать. Силы покидают. Устало опускаюсь головой на локти, лоб покрыт испариной. Так трудно держаться.

Черт, что же делать?

– Тошнит? Неужели беременна! – звучит надо мной голос мужчины.

Низкий, глубокий, хриплый…

От него мгновенно по всему телу расползаются мурашки.

Голос сильно знаком. Но в ушах слишком сильно и громко шумит кровь, а слабость не дает сосредоточиться, мешает. Но даже сквозь это дурное состояние я не позволяю подобным сомнениям со стороны просочиться в мой мирок. Заставляю себя выпрямиться и поправить прическу, заправляю пряди дрожащими пальцами.

– Нет, – бледнею. – П-п-пирожком отравилась.

– Пирожок? Ну-ну… – смеется. – Вот платок, вытрись.

Поднимаю взгляд на мужчину и столбенею…

Меня мгновенно пробивает словно прямым попаданием молнии в тело.

Мощный поток проходит сквозь меня.

Я смотрю, а глаза расширяются, как в приступе паники. Зрение мгновенно проясняется. Я мну между пальцев протянутый мне платок, в котором нет нужды.

Просто в шоке, что он здесь. Ратмир!

Его восточное лицо, темный взгляд и умелые губы сложно забыть.

Я провела с ним всего одну ночь. Потом он пропал, теперь объявился?!

Стоит, как ни в чем не бывало – все такой же красивый, спортивный, сексуальный до безобразия и… со следами забав с женщинами на своем наглом лице.

У него щека распорота. Явно от женских ноготков. О, наверняка он здорово повеселился и разозлил красотку, если она оставила лице мужчины подобный след.

Но… При этом ему хватило наглости явиться ко мне?

Меня буквально затрясло от приступа жгучей злости и ненависти, всколыхнувшейся внутри. Я ощутила прилив сил и жажды бороться за себя до самого конца.

Вопреки всем этим зовущим и жадным взглядам Ратмира.

Каков наглец… Подонок!

– Ну так, что, крошка? Пойдем ставить тебя на учет по беременности?

Я отвечаю резко и пытаюсь обойти мужчину. Буду просто делать вид, что не знаю его.

Ничто так не выводит из себя, как тупой и систематичный игнор.

Я. Буду. Его. Игнорировать.

Обхожу Ратмира, как будто лишний элемент, а саму трясет, буквально колотит!

Ратмир дерзко преграждает путь.

– Я точно знаю, что ты носишь моего ребенка.

Я бросаю взгляд вскользь на его лицо и увожу взгляд за линию широких плеч, чтобы не смотреть ему в лицо, смотрю за его спину.

– Я вас не знаю, – роняю безразлично.