Мама по контракту

Но… Демид ведь говорил, что она погибла при родах!

— Повтори, что ты сказал? — вкрадчиво переспрашивает Лютый, сузив глаза. По одному только предупреждающему тону уже ясно, что повторять эти слова не стоит, но Рокотов будто нарочно подается вперед и, не сводя с мужчины пылающего взгляда, припечатывает:

— Это ты виноват в ее смерти.

Мгновение — и Лютый поднимается. Одним махом ноги опрокидывает стоящий на пути журнальный столик, и бросается на Демида. От грохота и звона стекла испуганно зажимаю рот ладонями, сдерживая вскрик. Рокотов поднимается навстречу и, когда Лютый хватает его за грудки и встряхивает, не остается в долгу, и тоже вцепляется в его одежду.

В отличие от меня, Бритый не теряется: подлетает к ним сразу. Откуда-то сбоку вылетают еще несколько человек и с усилием растаскивают разъяренных мужчин, пока они не успели пустить в ход кулаки.

— Пусти, — ревет Лютый не своим голосом, но трое его подчиненных держат крепко. Он дергается, словно зверь в силках, пытаясь вырваться из хватки.

Демид делает над собой видимое усилие, не дергается, просто кивает держащим его людям, решая первым пойти на перемирие.

— Хватит, отпустите. Я сюда не за этим пришел.

Лютый хоть и вырывается из захвата, но не делает попыток на него наброситься. Только буравит полным злобы и ненависти взглядом, тяжело дыша.

— Я все сказал, — поправляя рубашку, произносит Демид сквозь зубы, — Надеюсь, ты меня услышал.

— Я тоже все сказал. Сейчас можешь идти, потому что я дал слово тебя не трогать. Но потом… — произносит Лютый. Многообещающе замолкает на секунду, а после добавляет низким голосом, — Я тебя из-под земли достану, Рокотов. И уж поверь, спрошу за все. И за эти слова, и за Лесю.

Демид кривит губы в усмешке, словно говоря «сначала попробуй найти», а после, развернувшись, шагает к выходу. Бросает через плечо:

— Поехали, Соня.

Я замираю на месте, вытянувшись в струну. Чувствую на себе прожигающий взгляд Лютого и боюсь посмотреть в его сторону.

— Ты идешь? Или остаешься? — остановившись возле двери, интересуется Рокотов вполоборота.

Сглатываю шумно.

— Иду, — говорю тихо.

Поднимаюсь с кресла и семеню следом за Демидом. Чувствую в спину все тот же взгляд: он жжет между лопаток. Не знаю, как это объяснить, но я почему-то уверена, что Лютый сейчас разочарованно усмехается. Наверное думает, что так Рокотов выручает свою подельницу. Но не оставаться же мне здесь до конца своих дней? Тем более, что сейчас есть реальный шанс увидеть Лесю наконец-то и убедиться, что с ней действительно все в порядке.

Вместе с Демидом мы молча пересекаем двор и беспрепятственно садимся в машину. Я настолько в шоке, что не сразу завожу разговор. Лишь спустя двадцать минут спрашиваю наконец то, что волнует:

— Мы едем к Лесе?

— Нет, — ровно отвечает Рокотов.