Контракт с Дьяволом. Без права на любовь

Вынырнув из омута мыслей, решаю тоже не раскрывать меню. Пусть попробуют нафеячить то, что первым придёт в голову.

– Да, пожалуй, – прищурившись, отслеживаю реакцию Исаева. – «Рубец по-деревенски», будьте добры. Блюдо ещё называют «требухой для селянина». Есть такое в вашем меню?

Уголки губ Руслана вздрагивают, награждая меня мимолётной улыбкой. Совсем крошечной, но это не мешает её уловить. А дальше его лицо становится бесстрастным. Я без слов понимаю, что более причудливой спутницы в это заведение он ещё не приводил.

– Эммм… – пока мы с Русланом играем в своеобразные гляделки, парень озадаченно пытается подобрать слова, чтобы объяснить причину, по которой это блюдо сейчас мне не подадут. И я очень на это надеюсь. Иначе меня начнёт мутить при одной мысли о том, что непременно придётся это есть. – На доставку и приготовление потребуется шесть-восемь часов… Мы не…

– Она шутит, Тимур, – резко прерывает его Исаев.

На лице Руслана успеваю заметить мелькнувшее раздражение.

– Маша, посмотри меню, пожалуйста, – озвучивает скрепя сердце. – Выбери для себя блюдо по вкусу.

– Я хочу требуху, – настаиваю на своём. В душе переживаю такие эмоции, будто я только что выдернула чеку, а гранату так и не бросила…

Сжав губы в тонкую линию, Исаев делает глубокий вдох через нос. При этом его красивая кисть, лежащая рядом с приборами, сжимается в кулак. Такой мощный и впечатляющий, расчерченный витиеватыми вздутыми венами, как у боксёров. Если бы этот мужчина вмазал им кому-то по лицу, обязательно разбил бы в кровь…

Мотнув головой, прогоняю подобную чушь. Сегодня точно не мой день. Нервы до невозможности взвинченные. Не дают мне расслабиться и просто спокойно дождаться обеда.

– Тимур, попроси Камиля приготовить что-нибудь для моей спутницы на его усмотрение. На десерт Маскарпоне со свежей земляникой и савоярди, – наконец раздаётся его спокойный и ровный голос. Встречаемся взглядами, будто и не спорили ни о чём. – Открой для нас бутылку Château Margaux.

– Хорошо. Сейчас сделаю.

Официант уходит, я же, смирившись с положением из-за чувства голода, облокачиваюсь на спинку дивана. Земляника в декабре – это что-то… Даже слюнки потекли.

– Вы снова поступили так, как сочли нужным. Лишили меня права выбора. Не так ли? А как же: «Желание женщины – закон»? – пытаюсь хоть чуточку воззвать к благородству мужчины.

– Автор этого выражения был неадекватным человеком, не дружил с тараканами в голове, – подытоживает, отправляя оливку в рот. – Виновницами самых кровавых событий в истории человечества считаются именно женщины. Те самые роковые красотки, которые крутили мужиками как им вздумается…

– Серьёзно? – неконтролируемая вспышка смеха вырывается из моей груди.