Контракт на материнство (СИ)

Пахнет как-то странно, а когда из кастрюли начинает вытекать непонятная консистенция прямо на плиту, Артур начинает тихо материться и отставляет кастрюлю в сторону.

— Готовка — одна из моих слабых сторон. Хотел сделать Лизе тыквенный суп-пюре, — кривится он, смотря на желтоватую жижу. — Видимо, лучше заказать еду из ресторана. Плохая была идея. Ладно, давай перейдем прямо к делу. Садись, Даша, — указывает на стул, и я, сдерживая улыбку, присаживаюсь за стол и чувствую странный трепет в груди, словно именно в этот момент решается моя судьба.

Артур вытирает руки о полотенце и отбрасывает его в сторону. Хмурым взглядом смотрит на грязную плиту, а потом качает головой своим мыслям и возвращает ко мне свое внимание.

— Итак, Даша, я подсчитал, что наши с тобой так называемые деловые отношения продлятся месяца два, этого как раз достаточно, чтобы ты заработала ту сумму, которая нужна для оплаты кредита, — начинает он. — Днем я дома бываю редко, часто могу пропадать по ночам, оставлять ребенка одного в квартире небезопасно, поэтому мне нужна няня, которая может быть доступна двадцать четыре на семь.

Он замолкает на несколько секунд, отворачивается к окну и стучит пальцами о стол, нагнетая обстановку ещё больше.

— Лиза не проблемная девочка, но ей тяжело расти без матери, все же я не могу ей дать полноценную семью, поэтому я надеюсь, что вы сойдетесь и ты, Даша, будешь относится к ней не хуже, чем если бы она была твоей дочерью, — его голос звучит строго, холодно и серьезно. Взгляд такой, что и гадать не нужно: это не просьба — это предупреждение.

Я молча киваю в ответ, давая понять, что поняла его.

— Думаю, тебе не должно быть сложно. Я или буду оставлять деньги на такси, либо сам буду отвозить вас в сад. Обратно, по крайней мере, точно будете добираться на такси. Покормишь ее, позанимаешься, проследишь, чтобы она собрала свои игрушки, и уложишь спать. Ничего сложного, то же самое, что ты и так делаешь каждый день в саду. У меня только две спальни, поэтому разместишься вместе с Лизой в детской комнате. Там есть диван, прошлая няня спала там.

— Хорошо, — подаю голос и поражаюсь тому, насколько глухо он звучит.

— А теперь переходим к самому главному, — его тон меняется, становится раздражительным. В глазах ни следа приветливости, руки крепко сжимаются в кулаки. — Когда снова припрется эта дама из опеки, ты должна подыграть мне и сделать вид что ты моя невеста. Много не болтай при ней, согласуем основные моменты вроде даты свадьбы, как долго вместе. Она должна увидеть, что Лиза растёт в хорошей семье и что тот случай был недоразумением. Поняла? — спрашивает, впиваясь в меня своим взглядом.

— Да, только… — медлю, сомневаясь в его плане, и не знаю, стоит ли говорить об этом.