Контракт на материнство (СИ)

Ее глаза загораются от радости, смотрит на меня с надеждой и поднимается, готовая сорваться с места в любую секунду.

— Нет, солнышко, еще не пришел.

Улыбка в мгновенье слетает с лица малышки, и мне становится жаль ее. За окном уже темно, всех детей забрали родители, и лишь она, словно брошенная, осталась одна. Я вспоминаю блеклые отрывки своего детства, где так же оставалась допоздна с другими детьми, потому что меня некому было забрать. Матери приходилось ехать через весь город с работы, автобусы в то время ходили нечасто, и каждый раз мое детское сердце разрывалось от обиды, ведь тогда я еще не понимала, как тяжело было моим родителям поднимать меня на ноги. — Может, с ним что-то случилось? — взволнованно спрашивает Лиза, подходя к окну. Подоконник слишком высокий, чтобы она могла увидеть хоть что-то, поэтому она становится на стульчик и вглядывается в темные силуэты деревьев и забора.

— Уверена, с ним все хорошо, просто папа задержался на работе.

— Он ночью работает, — сообщает деловито и хмурится, в точности так же, как и ее отец.

Мария Павловна была права насчет его угрожающей внешности. Обычно он был чернее тучи, от него веяло опасностью и тяжелой энергетикой. В отличие от других родителей он приходил не в деловых костюмах, а в кожанке и рваных джинсах. Останавливался перед воротами на своем большом монстре и быстрым уверенным шагом шел к зданию.

Часто его лицо было в ссадинах, а костяшки почти всегда сбиты в кровь. Я не раз замечала это, но старалась не подавать виду, что меня это беспокоит. Хотя, возможно, следовало бы обратиться куда-то, Мария Павловна ведь вполне могла быть правой, когда называла его бандитом.

Но тем не менее вся его напыщенность и взгляд «убью, стоит тебе приблизиться ко мне меньше чем на метр» исчезают, стоит ему увидеть дочь. Взгляд сразу же теплеет, губы приподнимаются в улыбке, и в такие моменты я не могу сдержать себя от того, чтобы тайком не любоваться этой картиной.

Стрелки часов уже показывали девять вечера, а Волкова все еще не было. Его телефон молчал, а заведующая нервно вышагивала в игровой комнате, бросая в мою сторону многозначительные взгляды.

— Нужно позвонить в службу опеки, — внезапно выдает она, и мои глаза расширяются от недоумения.

— Что? Зачем?"

"— Девочка растет без матери, чему ее сможет научить такой отец? Ему плевать на нее, не видишь? Он просто взял и забыл забрать дочь из сада.

— Мария Павловна, не надо никуда звонить, — шепчу я, посматривая в сторону Лизы, чтобы убедиться в том, что она ничего не услышала. — Мало ли что произошло с человеком?

— А что ты предлагаешь? Сидеть здесь до утра? У меня, между прочим, дома муж и двое детей. Нет, это возмутительно, я звоню в социальную службу.