Контракт на материнство (СИ)

Не поверил, черт бы его побрал. Еще один день в заточении равносилен дикой агонии. Безнадежность накатывает на Артура, он тяжело дышит, сдерживая порыв злости, чтобы не сделать еще хуже. Пытается взять себя в руки, скрыть звериный оскал под легкой беззаботной усмешкой.

— Может, отпустите меня под расписку о невыезде? Дочь у меня маленькая, лейтенант. Одна совсем. У вас что, детей нет? Можете проверить, не вру. В детском саду осталась. Дайте хоть позвонить, а? — смотрит с надеждой, но лейтенант остается непреклонен.

— Увести.

Артур рычит от злости, но покорно следует по узкому коридору. От Рустама, похоже, помощи ждать бесполезно. Нужно придумать что-то самому.

Два дня проходит, прежде чем Волкова вновь вызывают к следователю. Два самых ужасных дня со времен смерти жены. Неизвестность сводила с ума, холод в изоляторе пробирался под кожу, и тонкая майка, наброшенная на голое тело, совсем не дарила тепло.

В этот раз в кабинете с него снимают наручники, и Артур с удивлением смотрит на свои руки.

— Заплатите штраф за административное нарушение, — пододвигает к нему листы бумаги Белецкий. — А это — расписка о невыезде на время расследования. Вас могут вызвать для дачи показаний в любую минуту, поэтому будьте добры — не нарушайте.

Артур облегченно выдыхает, прикрывая глаза, не веря, что его наконец-то выпустят. Да ещё и так просто. Главное, чтобы поздно не было.

— Спасибо, — подписывает, даже не читая, желая как можно скорее оказаться на свободе.

— Вещи свои не забудьте, — кричит ему вслед лейтенант, бросая на стол подписанный прозрачный пластиковый пакет.

— Да, спасибо.

Водительские права, телефон, бумажник, обезьянка из «Киндера» Лизы и ключи от дома. Это то, что было в его шкафчике, который опустошили менты во время облавы.

Внешний вид Волкова оставляет желать лучшего, но времени пересекать полгорода, чтобы переодеться, нет. Телефон, как назло, разрядился, а никто из водителей такси не останавливается. Оно и неудивительно, мало кто захочет подобрать у отделения полиции мужика с разбитым лицом, в шортах и майке в середине осени.

— Заплачу сто баксов, если подкинешь на Радужную. — Артур заглядывает в салон припаркованной на обочине «пятерки» и машет стодолларовой купюрой перед лицом водителя.

Он специально выбрал старенькую тачку, ее хозяину деньги точно не будут лишними, а значит, шанс уломать его намного выше, чем его неудачные получасовые попытки остановить попутку на дороге. Хорошо, что мусора не почистили его бумажник, иначе пришлось бы просить милостыню, чтобы добраться до дома. Вид для этого как раз что надо."

"Водитель смотрит на Волкова прищуренным взглядом, не доверяет, но жадный блеск в глазах при виде денег выдает его с потрохами.

Приманка сработала.